Тоник без джина?

13 Дек 2010 Авто, Аналитика Dinika

В основе тоника лежит хининовая вода, которая использовалась для предотвращения малярии в английских колониях. Бравые колонизаторы не хотели терпеть горечь хинина даже под угрозой малярии, поэтому быстро нашли выход — стали размешивать хининовую воду с джином. Полученный напиток был уже вполне сносным для употребления. Знали ли об этом факте маркетологи АМС, когда выводили на российский рынок однотонку от Beijing Automotive Import & Export Corporation? Наверняка. Поэтому на страницах различных автомобильных СМИ всячески открещивались от «хининовой воды», стараясь убедить потребителя, что название «Тоник» образовано от слова «тонна». Но от ассоциаций всё равно не уйти. Удалось ли АМС создать продукт, горечь которого разбавлена джином?

Beijing – средняя по меркам Китая автомобильная компания, которая как и все китайские производители такого уровня в основу своих разработок положила промышленный шпионаж. Что-то то Мицубиси, что-то от древних Тойот – так родился и тот автомобиль, который для российского рынка получил имя «Тоник».

«Горечи» в нём немало — слабосильный бензиновый двигатель мощностью всего 63 лошадиных силы, перевернутая схема переключения передач, ходовая без особого запаса по перегрузочной способности, тесная кабина, а главное — неясность с надежностью, так как серьёзного опыта эксплуатации подобных китайских малотоннажников в России нет. На что же тогда сделали ставку стратеги АМС?

Ответ прост — на Москву. Запрет въезда автомобилей с грузоподъёмностью более тонны в центр Москвы ввел ещё Лужков. Искусственно созданную потребительскую нишу поспешил занять ГАЗовский «Соболь», объём производства которого сразу резко вырос. Быстро подтянулся и ТАГАЗ, начав сборку Hyundai Porter, которых в рекордном 2007 году было реализовано более 10 000 экземпляров. Не стоит и говорить, что практически все эти автомобили были куплены в Москве.

К сожалению, у ТАГАЗа начались проблемы с поставкой машинокомплектов. В итоге производство Портера практически сошло на нет. Вместо него потребителям предложили Tagaz LC100 – ещё одну «темную лошадку». Но объём производства «сотки» оказался значительно меньше — проверенному временем и продающемся под известным брендом «Портеру» потребители доверяли больше.

На эту-то нишу и решили претендовать в АМС, добавив к китайской конструкции немного «джина» – отечественную резину, склады запчастей в московском регионе и агрессивную сбытовую политику. С декларированной ценой «ниже, чем у Соболя» у автомобиля намечались некоторые перспективы даже несмотря на явную «горечь» конструкции.

Но цена оказалась вовсе не такой уж низкой — сейчас московские дилеры продают шасси «Тоника» без кузовов всего на несколько десятков тысяч рублей дешевле бортового «Соболя», у которого есть весомые козыри — более «железная» ходовая, гидроусилитель, бортовой кузов в базовой комплектации, возможность заказать цельнометаллический фургон, а главное — просторная кабина и мощный двигатель. Судя по интернет-форумам, потребители «голосуют рублём» именно за «Соболь». «Сотый» ТАГАЗ продаётся не шатко не валко, а «Тоник» вообще воспринимается «очень темной лошадкой». Так где же громадные перспективы новой «ульяновской» китайской машины?

Ответ зависит от большой политики. По большому счёту судьба «Тоника» как масштабного проекта в руках Сергея Собянина.

«Посаженный» на московское хозяйство, Собянин просто вынужден искать пути для того, чтобы набрать столь важные очки в глазах москвичей. По мнению политологов, для этого ему необходимы «сильные силовые решения», нужно лишь определиться с их вектором. Судя по новостям, Собянин с этим вектором определился с первых же дней, начав борьбу с пробками, настоящим бичом столицы.

Одним из тех самых «сильных силовых решений» стало широко обсуждаемое постановление о запрете въезда грузовиков грузоподъёмностью выше одной тонны в пределы столицы, которое мэр подписал в ноябре. Очевидно, что это постановление открывает гиганский рынок для любой «однотонной» продукции. Грузоперевозчики расхватают как горячие пирожки любые малые грузовики и с лёгкостью закроют глаза даже на привкус горечи в продукции АМС — главное защититься от «малярии» запрета. Рассчитывали ли на это стратеги АМС? Вполне возможно – разговоры о запрете велись ещё при Лужкове, ведь других сколь-либо малозатратных административных мер повлиять на проблему пробок практически нет. Но Лужков так и не рискнул пойти на радикальные меры, скорее всего не желая затронуть интересы бизнеса, который значительно пострадает от введения ограничений на въезд. Собянин, не связанный обязательствами, решил рубить с плеча. Но натолкнулся на серьёзное сопротивление со стороны крупных торговых сетей, для которых введение ограничений — это настоящий удар по логистике. В итоге сейчас ситуация находится в подвешенном состоянии — пресс-служба московской мэрии распространила заявление о том, что «власти Москвы пока не рассматривают возможность ограничения въезда грузовиков в город».

Но грузоперевозчики уверены, что шума без повода не бывает, а значит рано или поздно постановление будет принято. Пока же «Тоник» вынужден сражаться за существующий кусок «пирога». Удастся ли китайско-ульяновскому грузовичку «с хининовым вкусом» добиться значимой победы? Поживём-увидим.

Оцените новость:
  • (6 голосов, средний: 3.67 из 5)
    Загрузка ... Загрузка ...