В середине XVIII столетия обязанность по освещению улиц российских городов взяло на себя правительство Империи. Почин в этом деле был сделан в столицах. В Указе Императрицы Анны Иоанновны от 22 ноября 1730 года говорилось: «в Москве на больших улицах, для зимних ночей, поставить фонари на столбах, на казенный счет и в тех фонарях зажигать масло конопляное, и быть в них огню до полуночи; а пока оные столбы и фонари будут сделаны, объявить на Москве, чтобы в те дни, когда от двора Ея Величества приказано будет, всяких чинов люди, которые по всем большим улицам домы свои имеют, те б в окнах, по улице, ставили и зажигали свечи, по три и по четыре, а в малых по две; и гореть тем свечам до окончания полуночи». В северной столице, как видно из донесения генерал-полицмейстера Чичерина Императрице Екатерине II, в 1770 году «в городе было поставлено 1257 фонарей и еще предположено к расстановке 1000 фонарей», но при этом «для чищения тех фонарей и зажигания в оных лампадов» в полиции не оказалось достаточного количества людей, поэтому «принуждено зажигать фонари только в I-й части здешняго города и на знатных улицах, в прочих же частях улицы, по неимению людей к зажиганию фонарей, оные фонари хотя и расставлены, но от них пользы городу нет». Для устранения неудобства в Санкт-Петербурге был собран особый штат фонарщиков в 100 человек, «комплект которых наполнялся ежегодно при рекрутских наборах».

Где в Симбирском уезде стояли государевы рыбные дворы, в каком селе были самые высокие жители, где сельчане устраивали пьянки под видом ярмарок, что нашел у нас академик Паллас, куда приехали жить эстонцы, где сын царя угощал селян сладостями? Эти и другие интересные факты - в нашей подборке.

Еще Николай Языков в запальчивости называл свою родину «болотом человеческих глупостей». Его и других наблюдателей симбирской жизни, а также заезжих гостей возмущали бесплодность и бездуховность бытия верхушки местного общества. Морской офицер Валуев писал: «Если бы я должен был вечно жить в Симбирске, то скорее согласился бы быть лошадью, чем симбирским дворянином». Мы решили пройтись по нравам симбирского дворянства того времени и обнаружили, что даже столетия не в силах сломить тот самый характер города. Вот уж действительно: что ни город – то и норов, как гласит русская пословица.

В недавние минус двадцать ульяновцы только и говорили о жутком морозе, в который на улицу страшно выйти. Но старожилы помнят гораздо более леденящие и душу, и тело времена. На границе 1978-1979 годов температура в городе опустилась ниже сорока, да еще случился новогодний коллапс с отоплением. В квартирах полопались батареи, улица Гончарова превратилась в большой каток, люди спали в шубах, но встретили Новый год, продолжали ходить на работу и даже в библиотеки. Мы решили расспросить старожилов о том, каким был по-настоящему морозный Новый год.

Зимой 1953 года в Ульяновске открылось трамвайное движение. Первый маршрут соединил трамвайное депо (ул.Радищева) с железнодорожным вокзалом (4 микрорайон). Это было большим событием – перемещения по городу стали намного проще. Но оставалась серьёзная проблема – развивающееся Засвияжье оставалось связанным с центральной частью города лишь старым деревянным мостом. Именно по нему осуществлялось автобусное сообщение.

Фотобизнес появился в Симбирске в 60-е годы XIX века. Точнее было бы даже сказать, что он в город пришёл. Первые фотопавильоны были открыты приезжими мастерами света – Блюмом, Фантом и Бахом. Чуть позже к ним присоединился и Борис Бик, который открыл фотографию в Симбирске в 1878 году. Он тоже был приезжим.

>За время голода 1921-1924 годов население Симбирской губернии сократилось почти на четверть. Люди ели друг друга, но государство продолжало спонсировать мировую революцию. Мы впервые собрали конкретные цифры про реальную ситуацию с голодом в губернии в 1921-1922 годах и выяснили много жутких подробностей.

200 лет тому назад французская армия во главе с Наполеоном вторглась в пределы Российской Империи. Началась война с иноземными захватчиками. По Манифесту от 30 июля (18 июля ст. ст.) 1812 года наряду с Нижегородской, Казанской, Костромской, Пензенской и Вятской губерниями Симбирская вошла в Поволжский третий военный округ, возглавляемый генерал-лейтенантом графом Петром Александровичем Толстым. Наша губерния в войну с неприятелем вступила с тремя пехотными и одним конным полками, в которых насчитывалось 5235 человек. Ополчение возглавил князь Дмитрий Васильевич Тенишев. Велик оказался вклад воинов-симбирян, принявших участие в боевых действиях Отечественной войны. Героически сражался с неприятелем Яков Петрович Кульнев, за что получил много боевых наград, среди которых золотая сабля, украшенная алмазами, с надписью «За храбрость», Денис Васильевич Давыдов, который первым применил тактику ведения партизанской войны, за храбрость в Бородинском сражении Петр Иванович Юрлов был удостоен золотой шпаги.

Говоря о городской архитектуре прошлого, мы обычно вспоминаем примечательные объекты зодчества – бывшие купеческие или дворянские семейные особняки, здания общественных или государственных организаций, учреждений и т.д. Но мало кто задумывается, о том, что эти здания составляли лишь малую толику от всей застройки Симбирска. Большую же часть занимали самостоятельно застроенные «усадебные места», основным регулятором застройки которых служили в лучшем случае чертежи типовых фасадов.

Святая Православная Церковь 11 сентября (29 августа по ст.ст.) вспоминает день мученической смерти Святого Иоанна Крестителя (Предтечи), которого православные почитают больше всех святых после Богородицы. Чудес, творимых от иконы Крестителя Господня не перечесть. Помощь его чувствовалась и в Симбирской губернии, когда во время Отечественной войны 1812 года Святым Образом благословлялись участники Симбирского ополчения. В Государственном архиве Ульяновской области имеется переписка 1867 года Кафедрального протоиерея и Симбирского губернского предводителя дворянства, действительного статского советника и кавалера Александра Ивановича Ермолова об украшении иконы «Образ Усекновения честные главы Иоанна Предтечи» и о помещении ее в Троицком Соборе.