Почти 40% возделываемых земель на приусадебных участках симбирских крестьян в начале XX века занимала конопля. По площади посадок конопли регион после революции был безоговорочным лидером в Поволжье. И это не случайность – Симбирская губерния с XVIII века являлась основным поставщиком изделий из конопли на рынки ближайших губерний.

О том, как «хождение в народ» стало инструментом поиска в «народе» сущностей, импортированных из Германии и Франции.

Современный микрорайон Нижняя Терраса – часть Заволжского района Ульяновска, прилегающая к Куйбышевскому водохранилищу, до 1955 года состояла из 3 селений (в прошлом слобод): Нижней Часовни, Канавы и Королёвки. С момента образования заволжских слобод одна из них назвалась просто Часовней.

Мы продолжаем публиковать серию материалов ульяновского ученого - исследователя Волги Евгения Бурдина, посвященных затопленному ныне селу Головкино. Теперь очередь дошла и до главной достопримечательности Головкино - Вознесенской церкви, а также до описаний природы уникальных заливных волжских лугов, охоты и рыбалки в районе затопленного села.

Двухтомные мемуары последнего владельца ныне затопленного водами водохранилища села Головкино Александра Николаевича Наумова, изданные в Нью-Йорке в 1954 г., оказались для меня бесценными. Дело в том, что он оставил нам довольно-таки подробное описание хозяйственной и культурной жизни, а также природной среды села и его окрестностей конца XIX – начала XX вв. (1877 – 1917 гг.).

Село Старая Грязнуха… Старинное поселение, в котором находился один из самых старинных храмов современного Старомайнского района – Николаевский, возведённый в 1712 году (конечно, впоследствии он не раз перестраивался). Оно относится к разряду сёл, об истории которых сохранилось до обидного мало сведений. Почему? Да потому, что и самого села нет уже 60 лет, а в новом селении Волжское (первые годы после переселения жители по старой памяти называли его Грязнухой), в которое переехали бывшие жители Старой Грязнухи и близлежащей деревни Новая Грязнуха, осталось только два старожила. Остальные или умерли, или разъехались.

Выписки из симбирских-ульяновских газет раннего советского периода, которые в очередной раз доказывают, что история постоянно повторяется.

Кремёнки, как и подавляющее большинство близлежащих поселений, относится к разряду вымирающих. Жизнь здесь в значительной степени поддерживается за счёт жителей загородных домов и дачников. В отличие от других прибрежных сёл района, например, Волостниковки или Волжского, ныне раскинувшихся на приличном удалении от Куйбышевского водохранилища (от 500 м до 1 км), оно примыкает вплотную к берегу.

В переводе с мордовского языка это «место, поросшее тальником» или по другой версии «далёкое место в лесу, глушь». И в самом деле, одно из немногих поселений мордвы, в прошлом удельных крестьян, не знавших крепостной зависимости, сейчас представляется нам далёким и загадочным. Подавляющая часть жителей даже современного Чердаклинского района Ульяновской области, где село находилось до затопления Куйбышевским водохранилищем, ничего не знают о нём.

О Сосновке, как и о Ботьме, нет статьи в Симбирской-Ульяновской энциклопедии, не говоря уже о научных трудах. И всё же ей повезло больше. Дело в том, что её бывший житель Пётр Трофимович Мельников написал автобиографическую повесть «Столбунцы», в которой оставил нам подробное описание села и некоторых событий его истории, а также жизни многих своих родственников.