Александр Яшин: городская среда – это продукт

Чуть более месяца назад в Ульяновске начала работу новая общественная организация «Городская среда». Мы побывали на одном из собраний организации и поняли, что ребята развивают весьма интересную концепцию продукта, позволяющего формировать городскую среду как институт гражданского общества. Правда, на далеко не самом понятном языке. Для того, чтобы разобраться, что же стоит за «краудсорсингом», «ковокингом», «смысловыми картами», «фандрайзингом», «когнитивной географией» и т.д., мы решили пообщаться с одним из основателей «Городской среды» Александром Яшиным.

Что подвигло вас на создание «Городской среды»?

Понимание того, что есть спрос на городскую среду, да и вообще на полноценное участие в преобразовании общего пространства. Это можно назвать ростками полноценного гражданского общества. Более того, мы уверены, что так называемые «хипстерские протесты» по большей части вызваны именно спросом на городскую среду, на общее пространство.

Ведь что в первую очередь реально раздражает людей? Не большая политика, не конкретно какие-то персонажи, а вполне обыденные вещи – ЖКХ, дороги, парковки, мусор, загаженные парки, отсутствие площадок для отдыха и так далее. С этого и начинается негатив, который ввиду своей природы склонен к обобщению. Во всех бедах люди начинают винить власть. Власть должна, власть обязана.

А разве власть не должна и не обязана, например, строить дороги или обеспечивать хорошую экологию?

Должна и обязана. Но в существующих реалиях огромная масса людей считают, что власть им должна всё и за всё. Люди хотят няньку, которая обеспечит комфортную среду, досуг, работу, отдых. И при этом строго индивидуально. А такого не бывает, всегда кто-то окажется обделенным.

И обидится на власть?

Можно сказать и так. Но реальный механизм сложнее. Основная проблема в том, что начинает появляться понимание, что территория общая – общее село, общий город, общая, наконец, страна. Первый шаг сделан – появляющееся гражданское общество уже готово отстаивать свои интересы. Протестовать против незаконной застройки, против вырубки лесов, против распродажи общего пространства. Но лишь единицы готовы проявлять созидательную активность снизу и формировать то, что называется средой.

Но ведь это значит делать что-то за власть? Ведь мы платим налоги как раз на обустройство некоего общего.

Ничего подобного. Если рассуждать идеалистически, то мы, по идее, нанимаем власть для того, чтобы она обеспечивала некоторые базовые потребности сообщества. Это идеальная модель, к которой и надо стремиться. Но, прошу отметить, что речь идёт именно о потребностях и именно сообщества. Но где оно сообщество, способное ретранслировать свои потребности? Оно только формируется. Это, конечно же, важный аспект. Но ещё важнее понимание того, что пространство, в котором формируется среда, – это всегда ковокинг, совместная работа сообщества с привлечением разнообразных ресурсов, в том числе и власти. Без совместной работы реальной среды не получится.

То есть всё сводится к тому, что свои потребности надо воплощать самим?

Всё сводится к простой мысли – к равному праву всех на общее пространство. Когда будет это понимание, тогда будет и реальная городская среда. В идеале, город должен восприниматься как полностью свой.

В чем в этом случае заключается задача власти?

На уровне местного самоуправления – в реализации потребностей сообщества. На региональном уровне – в реализации потребностей сообщества сообществ. И так далее.

Выглядит идеалистично…

Никто с этим и не спорит. Но двигаться ведь всегда надо к некой цели, к идеалу. Иначе движение не имеет смысла, не правда ли?

Наверное…Но как заставить людей организовываться в эти самые сообщества?

Это самая главная задача, которую мы сейчас методично решаем. Основная проблема, которая тормозит самоорганизацию – отсутствия понимания смыслов территорий. Старые смыслы забылись, новые не появились. Идентичность как система ценностей теряется, территориальное образование распадается на атомы. Естественно, что в данном случае понимание территории как общего пространство весьма затруднено. Нужно выуживать и ретранслировать смыслы.

Как это сделать?

Мы разработали определенную универсальную методологию, включающую в себя создание смысловой карты территории на основе определенных механизмов сбора информации, нахождения ключевых точек территории, формирование базовых активностей и т.д. Это достаточно сложный проект, в котором мы сейчас стараемся объединить усилия всех заинтересованных сообществ и людей и получить на выходе конкретный продукт, который можно легко масштабировать и применять как инструмент на любой территории. Ульяновск в этом плане стал экспериментальным плацдармом для апробирования методик.

А как может применяться окончательный продукт?

Конечная цель – получить действенную методику, позволяющую «малым толчком» разбудить активность сообщества. В первую очередь – через изменение отношения к территории.

Разве это «малый толчок»? Если говорить про ту же идентичность, то вокруг неё сейчас огромное шевеление идет, явно не малое… То же изменение отношения к территории – задача губернаторского масштаба…

Это глобальные длительные темы, рассчитанные на огромные бюджеты и на всеохватность. Быстрого эффекта от этой работы, даже если она будет сделана правильно и будут получены правильные смыслы, ждать не приходится. Мы же нацелены на небольшие группы тех, кто уже мотивирован на активность. Соответственно, распространение нового понимания территории подразумевается вирусным, а не насаждаемым массово. И это работает, так как придаёт носителям новых смыслов ощущение особенности. Но есть и недостаток – когда это ощущение проходит, то территории необходимы новые смыслы. Но к этому времени, мы надеемся, эти смыслы будет в состоянии генерировать само сообщество.

Есть ли первые результаты?

Да, результаты есть. Причем уже сейчас, когда мы, по сути, лишь щупаем почву и шлифуем методологию.

А когда проект будет, как вы говорите, отшлифован, что получится на выходе?

Конкретный универсальный план действий с конкретными индикаторами. Этот продукт – по сути, методика познания любой территории и активизации местного сообщества.

Чем-то похоже на City Camp, проводимый в Ульяновске.

City Camp не сработал. По своей сути это не проект по изменению отношения к среде, а лишь мероприятие по сбору «хотелок». Одно из серии «мы требуем от власти». И дальше нумерованный список требований. Задача должна ставиться более глобально – надо обязательно задеть и вынуть наружу душу территории, её смысл и суть. И лишь потом двигаться дальше, причем по принципу «здесь и сейчас», «хочешь – делай». Надо ломать и ломать отношение к изменению среды как генерацию требований. Надо брать и делать.

Принцип D.I.Y. (сделай это сам – прим. ред.)?

В какой-то мере да, но это вовсе не исключает фандрайзинга (поиск ресурсов – прим.ред.). В качестве источника ресурсов и даже исполнителя может выступать и власть – это нормально. Есть сообщество, есть требования. Если нужные компетенции сосредоточены у власти, то она должна воплощать «хотелки» если на это есть ресурсы. Если нужные компетенции сосредоточены в сообществе, то и воплощать свои «хотелки» должно именно оно. Типичный пример – горка в парке Матросова. Ребята захотели, ребята сами сделали. Власть помогла ресурсами. Нормальный, бодрый подход.

Но, например, отменить постановление о вырубке парка сообщество само не может. Тут его ресурс – ретрансляция своего протеста. Вопрос в вовлечении в этот протест, опять же в базовом отношении к территории. К сожалению, многие придерживаются мнения «мы ничего не можем сделать». Постфактумная ретрансляция проще – «сволочи». Но это не конструктивно. Причина опять же в том, что территория не ощущается своей. Душа-то болит, но за то, что кажется чем-то далеким, чужим. А это своё.

Удастся ли это переломить?

Конечно. Наша главная задача сейчас – дать импульс. Это как точный хирургический надрез, которые решает все проблемы, но не оставляет после себя шва. Если импульс будет воспринят, то дальше всё завертится само. Тут главное – не прогадать с главным посылом, попасть скальпелем точно в больное место и не задеть здоровые органы. Поэтому мы особо не спешим, копим опыт и активности, слушаем экспертов.

Да, гость «Городской среды» Антон Польский действительно оказался дельным экспертом.

Да, Антон молодец. Но с другой стороны, в Москве с подобной движухой намного проще. Активностей больше, народ не надо раскачивать. Но тем интереснее добиться результатов в Ульяновске.

Кстати, в начале январе планируем привезти ещё одного эксперта – Таню Каргину, которая поделится опытом краудсорсинга и затронет тему фандрайзинга.

Но вернёмся к результатам. Как вы отметили, в Ульяновске труднее. Но вы упомянули про масштабируемость задуманного проекта. Получается, что она не абсолютная?

Вовсе нет. Если всё пойдет по плану, то методология будет универсальной – от села до мегаполиса. Понадобятся лишь небольшие коррективы. Речь шла о другом – о трудности выработки методики и тактики именно в условиях Ульяновска. Но это не настолько серьёзная проблема, как кажется на первый взгляд. Активных людей у нас хоть и немного, но они есть.

Что в ближайших планах?

Сейчас мы стараемся объединить ресурсы для создания и визуального представления смысловой карты города и для выработки универсальной методологии по созданию подобных материалов. Это достаточно длительный и масштабный проект, который мы планируем реализовывать при организационной помощи со сторону УлГУ и фонда «Культурная столица».

Из более быстрых проектов – создание карты городских активностей и организаторская помощь им. Сейчас мы работаем с ребятами, занимающимися WorkOut, помогаем лучникам, сноубордистам, участвуем в реализации нескольких городских интервенций и т.д. Движемся, в общем, в правильную сторону.

Помогает ли государство?

Мы не используем никаких государственных финансовых ресурсов и ничего не просим. Обращаемся лишь с организационными вопросами, причем исключительно в рамках компетенции того или иного органа власти.

Оцените новость:
  • (2 голосов, средний: 5.00 из 5)
    Загрузка ... Загрузка ...