Ярослав Рассадин: об Ульяновске, автомобилях будущего, УАЗе и Marussia

02 Авг 2011 Интервью Dinika

Ярослав Рассадин – шеф-дизайнер компании Marussia Motors, создавшей автомобили, которые стали сенсацией и надеждой российского автомобилестроения. Окончив более 10 лет назад Ульяновский государственный технический университет, промдизайнер Рассадин не раз появлялся на мировой дизайнерской арене с оригинальными разработками – вспомнить хотя бы миниатюрный mp3-плеер в форме нательного креста. Помимо автодизайна, он занимается другими интересными проектами в сфере дизайна, читает лекции для молодых дизайнеров в Москве и работает с компаниями из разных стран мира. Нам было интересно узнать у Ярослава Рассадина, что он думает о новом облике малой родины, любят ли женщины автомобили Marussia, по каким принципам он работает, и что важнее для дизайнера – резюме или портфолио?

Ярослав, Вы давно уехали из города, но периодически сюда приезжаете. Есть динамика в облике Ульяновска, дизайне городской среды? Есть то, что на Ваш взгляд промдизайнера, стоило бы изменить?

Приезжаю и каждый раз вижу, что работа идет. Видимо, есть ресурсы, и это хорошо, но перед тем, как сносить, нужно научиться создавать. Видно, что никто не выстроил грамотный процесс, недостаточно найти самого дешевого подрядчика. Как итог – жители сейчас получили глупый результат. Все элементы среды, сделанные еще в 60-е и 70-е, выглядят лучше, надежнее и интереснее, чем дешевые и плохо сделанные новые. Не проблема поставить светофоры и городские лавки, проблема – научиться делать качественно и красиво. Это серьезные интеллектуальные вложения, нельзя давать заниматься этим кому попало, без системы.

Это решаемо. Нужно чтобы в обустройстве городской среды участвовала группа толковых специалистов по стилю, инфографике, и что важно, выставить их во главе принятия решений вместе с финансистами и госслужащими. Руководство должно когда-нибудь понять, что нельзя улучшить качество жизни или привлечь туристов, если строить дешевые пластиково-стеклянные коробки, их ценность всегда будет ниже. Стоит только сразу сказать, что это комплексные решения в большой системе, и не панацея от всех бед.

Ульяновск, как известно, столица всего. Например, автомобилестроения. Дизайн нашего автобренда УАЗа меняется, но многие воспринимают эти перемены со скепсисом. Что Вы думаете о дизайне УАЗа? Если бы это был Ваш проект, как бы Вы изменили дизайн УАЗа?

Люблю модель 469, потому что это классика, и для меня в этом есть ощущение. Как и что менять в его дизайне – тема большого разговора. Для начала нужно понять, чего хочет руководство. Дизайн-решения получаются из конкретных задач, мне они неизвестны.

В любом случае, какие бы ни были платформы и принципиальные решения по конструкции, я бы оставлял базовые черты, как это делают, например, с Jeep Wrangler. Образно говоря, когда продукт узнает несколько поколений, то он становится национальным, это важно.

Marussia Motors, в какой-то мере, – новый этап российского автомобилестроения. Есть новшества в организации управления процессом дизайна в компании? Сколько человек работает в Вашем отделе?

Да, у нас много новшеств. Мы все время экспериментируем, но не могу сказать, что я изобрел принципиально новый способ управления командой. Для меня всегда было важно отстроить системные инструменты, анализ решаемости задач. У нас в стране это больные вопросы любого менеджмента. Если их не отладить, то можно даже не начинать работать, сразу в бар. И, пожалуй, еще важна раскачка мышления, важны такие дизайнеры, которые могут легко и изящно решить задачу. Например, иногда не требуется рисовать там, где можно показать пальцем.

Как происходит процесс создания дизайна авто – от идеи до воплощения? Есть ли место интуиции, риску или все подчинено маркетингу и анализу?

Мы не огромная корпорация, потому у нас все более гибко и быстро. Дизайн-решения можно выносить достаточно свободно и на основе простой разумной логики, если есть хорошие инструменты проверки.

Маруся – женское имя, а женщин за рулем становится все больше. При разработке дизайна автомобилей Marussia Motors учитываются женские предпочтения, или компания выпускает сугубо мужские авто?

Со слов специалистов по продажам, женщинам нравится модель Б1, она достаточно элегантная. Мужчинам нравится Б2, там больше визуальной мощи и уверенности. Такую последовательность мы и хотели получить.

Каким, по Вашему мнению, будет дизайн автомобиля будущего?

Не знаю, скорее всего, его будут давать бесплатно в нагрузку к сервисам. Это уже происходит с мобильниками и компьютерами. Во многих странах распространяется система car sharing. По городу стоят авто, которые можно взять за 2-3 евро в час: поездил и оставил, где угодно. Например, в Мюнхене: www.drive-now.com.

Смотрите «Формулу-1»? За кого болеете?

Вообще не понимаю ничего в F1, как и в футболе. Если нужно, спрашиваю коллег, они всё про это знают.

Какие проекты интересуют Вас больше всего?

Простые и полезные. Там, где я могу сбалансировать цену, технологии и задать хороший стиль. У меня нет конкретных правил, чаще всего я принимаю решение, если просто нахожу общий язык с человеком. Приходят самые разные люди, и если мы понимаем, что мы смотрим на вещи одинаково, хотим создать хорошо работающий продукт, можем сделать его

запоминающимся и чем-либо важным для потребителя, то начинаем проектировать.

Должен ли дизайн быть сугубо прикладным?

Дизайн может быть только прикладным, иначе это не дизайн. Например, создание наручных часов на авось, без заказчика и с выражением своих идей — бессмысленная трата времени, но создание наручных часов с целью продать потенциальному потребителю (даже если он воображаемый) уже дизайн-процесс, потому что тут задумываешься о цене, материалах и т.д.

Сейчас многие подались в дизайн, причем некоторые считают, что учиться для этого необязательно. На Ваш взгляд, обязательно ли высшее дизайнерское образование? В этой связи – что дало Вам академическое образование в УЛГТУ?

Естественно, образование мне много всего дало. Моя голова была просто битком набита, только это не дало понимания, как знания применить к жизни. У нас ни студенты, ни преподаватели вообще не интересовались, как это потом эффективно использовать. Потому у нас все умные и хорошие, но результат любых попыток что-либо изменить, как правило нулевой. Иногда меня это очень выручает: я могу говорить с любым инженером на одном языке или заранее оценить глупость конструкции.

Высшее дизайнерское образование никогда не мешает, но оно более важно не конкретным людям, а системе. Если, например, в Великобритании, нужно иметь диплом дизайнера в обязательном порядке для поступления на работу, то хотя бы газеты и вывески у них будут худо-бедно нормальные. Но для тех, кто спит и видит себя мастером своего дела и работает сутками, – можно не беспокоиться, есть образование или нет. Все зависит от степени таланта. Я, например, читаю CV всегда после портфолио, а CV без картинок сразу выкидываю в помойку.

Вы читаете лекции для молодых дизайнеров в Москве. А в Ульяновск приглашали преподавать?

Я знаю, что у некоторых студентов были идеи, но, видимо, никто не взялся организовывать.

Есть ли какие-то правила или принципы работы Ярослава Рассадина?

Есть и очень много. Я даже стал записывать, но потом понял, что всё это об одном и том же, базовые ценности не меняются. Вкратце, это сводится к фразе «Думай, что делаешь».

Дмитрий Скрабенский

Оцените новость:
  • (17 голосов, средний: 4.76 из 5)
    Загрузка ... Загрузка ...