Вне государства: возможны ли реестры самозанятых?

03 марта 2017 Колонка редактора Dinika

Подтвердилась информация о том, что Минтруд всерьез рассматривает введение реестра неработающего населения в регионах. Можно ли рассматривать это как подготовку к введению широко обсуждаемого «налога на тунеядство»?

IMG_1476

Соответствующее заявление сделал на днях на круглом столе в Совете Федерации начальник отдела департамента правовой и международной деятельности Минтруда Денис Корсаков. По словам господина Корсакова, Минтруд предлагает «рассмотреть вопрос» введения «реестра или регистра» неработающего населения «на уровне субъектов». Это заявление тут же было воспринято как подготовка к введению «налога на тунеядство». Но так ли это?

О базовой причине нововведения догадаться несложно — это огромные взносы в фонды медицинского страхования за неработающее население, которые уплачивают ныне регионы.

Согласно данным того же Минтруда, из 85,3 миллиона неработающих в РФ 18,6 миллиона не имеют учетного статуса, то есть не являются ни пенсионерами, ни студентами, ни детьми, ни занятыми уходом за детьми. Этих людей условно можно назвать, повторяя слова Голодец, «занятыми непонятно чем». Минтруд сюда относит военнослужащих трудоспособного возраста, вахтовиков, а также неких самозанятых. За всех этих людей ныне платит бюджет.

Очевидная декларируемая задача реестра проста — наделить жителей регионов учетным статусом по линии министерства.

При этом в разных регионах картина сильно различается. Где-то «непонятно чем занятых» минимум, а где-то, как, например, в Ульяновской области, их доля значительно выше, чем в среднем по России.

Ситуация такова, что ныне никакого учета этой «непонятной» группы не ведется — количество её «участников» и, соответственно, размер нагрузки на бюджеты по уплате взносов получаются расчетным методом, без персональной привязки. Соответственно, никакого четкого понимания того, за кого конкретно уплачивают бюджеты взносы, у министерства нет.

Очевидная декларируемая задача реестра в этой связи проста — получить персональное понимание этого, то есть наделить жителей регионов учетным статусом по линии министерства. Причем статусом, который имеет смысл в рамках конкретной задачи — бюджетирования взносов в фонды медицинского страхования. Понятно, что этот статус и сам механизм учета получаются сугубо ведомственными и, например, с подобным же учетом по линии Пенсионного фонда напрямую «биться» не могут. Иначе говоря, условный статус «самозанятого» (в случае его введения) по линии ПФР не будет соответствовать статусу «самозанятого» по линии ФМС, да и по другим возможным линиям. Именно по этой причине говорить о том, что именно с помощью этого реестра и будут выявляться условные самозанятые, не приходится. Равно как и о том, что самих самозанятых будут определять индикативно по статусу их положения плательщиков в фонды медицинского страхования.

Функция реестра на уровне регионов вообще противоречит задаче персонального учета условных самозанятых.

В тему:

Более того, сугубо инструментальная функция реестра на уровне регионов при условии сохранения «медицинского» страхования на деле вообще противоречит задаче персонального учета условных самозанятых. Все просто — при условии введения реестра регионы получат инструмент снижения размера взносов в фонды без особых рисков для функционирования системы здравоохранения. Иначе говоря, в реестр можно включить значительно меньшее количество «занятых непонятно чем» нежели то количество, которое получается расчетным путем. При этом сама система здравоохранения будет продолжать работать как работала — персональный полис по закону ныне не особо нужен, обслужить медики обязаны каждого гражданина. Нет сомнений, что регионы с большим количеством активного населения с удовольствием воспользуется новым инструментом, хотя и с риском для бюджета ФМС.

Для того, чтобы этого избежать, просматривается лишь один вариант, сопряженный с отказом от принципа всеобщности в медицинском обслуживании, то есть к переходу к работе только по именным полисам с подтвержденной оплатой взносов. Нет такого полиса — нет приема. Понятно, что это противоречит базовым посылам «социального государства», поэтому ожидать, что на это решится власть, в ближайшее время не приходится. А без этого говорить о нормальном учете условных «самозанятых» с помощью этого реестра всерьез нельзя, равно как и об использовании неуплаты взносов в ФМС как индикатора для начисления «налога на тунеядство».

Каждое ведомство спешит предложить свой вариант решения своей собственной условной проблемы именно «под повод».

Скорее, «налог на тунеядство» в этой связи стоит рассматривать как повод для разных ведомств начать придумывать свои собственные механизмы работы с «занятыми непонятно чем» исходя из сугубо ведомственных целей и задач. Для ПФР — это сбор пенсионных взносов, для налоговиков — сбор налогов, для ФМС — сбор платежей и так далее. Судя по всему, каждое ведомство спешит предложить свой вариант решения своей собственной условной проблемы именно «под повод» и под собственное понимание «самозанятых» исходя из своих задач, обрамленных подспудно в риторику «соучастия в государственных расходах».

Люди попросту научились жить одновременно внутри государства как участка суши с границами и вне государства как общественного института.

И здесь скрыто самое интересное. Дело в том, что все без исключения попытки ведомственных определений «самозанятости» как фиксации занятости «непонятно чем» апеллируют к списочной фиксации тех людей, которым от государства фактически ничего не надо. Трудно, например, представить себе молодого и здорового «самозанятого», который «уклоняется от соучастия в государственных расходах» исключительно для того, чтобы с наслаждением и глубинным чувством халявы пользоваться государственным услугами. Ситуация скорее обратная — сам факт «уклонения» говорит не об условной халяве, а о том, что никакие эти самые государственные услуги по списку «государственных расходов» (по примеру Белоруссии) людям не нужны: ни бесплатная медицина, которой не пользуются, ни пенсия, которой не будет. Люди попросту научились жить одновременно внутри государства как участка суши с границами и вне государства как общественного института. По причине банального отсутствия этих самых общества, институтов и государства. Что, конечно же, государство настораживает, но зато действительно позволяет определить самозанятость феноменологически как жизнь вне государства, занятие не государственными задачами, а своими.

Читать дальше:

Оцените новость:
  • (12 голосов, средний: 5.00 из 5)
    Загрузка ... Загрузка ...

Внимание! Редакция ИА "Ульяновск-город новостей" не всегда разделяет мнение своих авторов! Настоятельно рекомендуем отказаться в комментариях от ненормативной лексики и от перехода на личности. Три жалобы от пользователей (кнопка "Пожаловаться") на комментарий с ненормативной лексикой, даже замаскированной, приводят к автоматическому удалению комментария. ТЕПЕРЬ МЫ БАНИМ ЗА МАТ!