Яндекс.Метрика

Храмы Белого Яра

16 Окт 2015 История Dinika

Ценнейшие, единственные в своём роде сведения по истории белоярской церкви содержатся в церковно-приходской летописи: «Храм, в настоящее время существующий (деревянный, сооружённый прихожанами в 1854 году), построен по случаю пожара, бывшего в 1848 году, которым совершенно истреблён до основания бывший храм.

ˆ««. 18

Сгоревший храм, как видно из клировых ведомостей, построен был усердием прихожан в 1790 году, на берегу рукава реки Волги – по случаю обвала речного берега при весенних разливах, она в первоначальном виде без изменения перенесена была внутрь села в 1813 году, где и истреблена была пожаром. Храм был тоже деревянный, и об одном престоле во имя святой Живоначальной Троицы. До 1790 года, то есть до первоначальной постройки бывшего храма, существовал ещё храм третий – во имя святой Троицы, но с двумя приделами, коих один был во имя Алексия, человека Божия, а второй [во имя] Марии Египетской. Но из какого материала, когда и кем сооружен был тот храм, на каком месте – за неимением письменных исторических памятников совершенно неизвестно. Ничего по этим предметам не сохранилось в памяти народной, но что несомненно существовал такой храм, свидетельствует надпись на одном Евангелии, подаренном царём Алексеем Михайловичем, которое до сих пор хранится в церковной ризнице. Надпись эта читается так: «лето 7160 (1652 год – Е.А. Б.) февраля 21, Государь Царь и Великий Князь всея России Самодержец пожаловал в сию книгу Евангелию напрестольное в Казань на Белый Яр, Церковь Живоначальной Троицы, тогда в предании святого праведного Алексия человека Божия, да в предание Марии Египетской». О судьбах храма больше ничего известно.

При храме, в настоящее время существующем, находятся две часовни, из коих одна стоит на приходском кладбище, а другая на том самом месте, где был сгоревший в 1847 г. храм.

Еще по теме:

При храме, в настоящее время существующем, находятся две часовни, из коих одна стоит на приходском кладбище, а другая на том самом месте, где был сгоревший в 1847 г. храм. Обе часовни деревянные, четырёхугольные, покрытые тёсом без всякой окраски – построены усердием частных лиц. Кладбище находится с северо-восточной стороны в 200 саженях (426 м – Е.А. Б.) от храма при въезде. В село у опушки леса оно отведено вновь при постройке храма в 1854 г. Прежде сего кладбище находилось в недальнем расстоянии на восток от сгоревшей церкви и по уничтожению храма закрыто. Земли при церкви состоит пахотной 30 каз. десят. и сорок десятин сенных покосов, которые с незапамятных времен отведены были прихожанами в постоянное пользование прихода». В другом документе указывается другой год издания Евангелия – 7159 (1651), а также говорится о собственноручной надписи царя 7161 года (1653).

В городе (крепости) после её постройки, то есть в 1653 году, уже была церковь.

Еще по теме:

ˆ««. 15

В летописи не указывается время возведения самого раннего храма в Белом Яре, но из писцовых книг в изложении Г.И. Перетятковича следует, что в городе (крепости) после её постройки, то есть в 1653 году, уже была церковь. Поэтому Троицкий храм можно считать, пожалуй, наиболее старинным из всех храмов, которые когда-либо находились на территории современного Ульяновского Заволжья. Интересно, что на трёх из восьми башен крепости, причём именно над проезжими воротами, висели иконы.

Получается, что с 1652 – 1653 года существовала первая белоярская церковь, с 1790 по 1848 (в 1813 перемещена на другое место) – вторая, а в 1854 году построили третью. Но и она полностью сгорела 16 июля 1868 года. Детальное и колоритное описание этого пожара оставил нам летописец: «в два часа пополудни при совершенной тихой погоде от действия молнии загорелся храм. Удар пал на купол колокольни, пламя от которого в самое короткое время охватило и остальные части здания, отдаленность от воды и худое устройство огнегасительных инструментов исключало всякую возможность при всём усилии народа к тушению пожара; успели спасти только внутреннее церковное имущество. Одновременно с этим от летевших по направлению на юг раскалённых листов кровельного железа храма, которые падали на соломенные крыши домов, сгорел 121 обывательский дом. Во время пожара растопились и все колокола, имевшиеся на колокольне, почему прихожанами на их иждивение 15 августа приступлено было к покупке нового колокола, который и куплен был в 108 пуд. 35 фун. у мастеров г. Самары. Богослужение стало отправляться в церковной сторожке».

Таким образом, все указанные церкви были деревянными и уничтожались и переносились либо в результате пожаров, либо по причине размыва берегов Волгой и её рукавом. Поэтому назрела настоятельная потребность в сооружении нового каменного здания.

Еще по теме:

В 1871 году в истории Белого Яра произошло важное событие – наконец-то прихожане возвели вместо сгоревшего (в очередной раз!) деревянного храма новый каменный тёплый, двухпрестольный, во имя Живоначальной Троицы и Рождества Христова, вмещавший до 1000 человек. Однако освятили его только в 1878 году. Понятно, что каменное здание достраивали не один год, поэтому разрыв составил 7 лет (1871 – 1878). Оно имело такую же ограду, и вместе с ней занимало территорию в 405 квадратных саженей (0,2 га). Сооружение нового храма на собранные прихожанами деньги было произведено в короткие сроки – всего лишь за 2 года, начато в 1869 и в основном закончено в 1871 году. Мастером (так в источнике, возможно, имелся в виду подрядчик) являлся самарский купец Михаил Андреев Макаров, а попечителем крестьянин из обывателей Яков Фадеев Тонев. Изображения этой церкви не сохранилось, поэтому весьма ценным для нас представляется её описание: построена в виде четырёхконечного креста, алтарь в холодном приделе круглый, стены снаружи и внутри оштукатурены и выбелены, весь храм покрыт листовым чёрным железом, а купола – белым.

Наиболее ценными реликвиями помимо Евангелия 1652 года являлись иконы Животворящей Троицы, Нерукотворного Спаса и Казанской Божией Матери, по преданию подаренные царём Иваном Васильевичем Грозным. Позволю себе усомниться в этом факте, так как Белый Яр появился в 1652 году, через 68 лет после смерти царя. А вот подарком Алексея Михайловича они вполне могли быть.

На обывательской земле стояли деревянные дома священно- и церковнослужителей. Жалования они не получали, поэтому их содержание оценивалось как посредственное.

Еще по теме:

И ещё один интересный факт. В 1874 году закончил свою служебную деятельность по слабости сил церковный староста крестьянин Фёдор Михайлович Колбехин, 24 года непрерывно исполнявший должность, что представляло собой редкий, если не единственный в епархии пример столь долгого служения.

Автор самой старой дошедшей до нас церковной ведомости 1848 года с горечью сообщает о том, что храм сгорел 13 сентября 1848 года, причём утварью был достаточен, большая часть которого и другое имущество спасены и находятся на хранении в приличном месте. На обывательской земле стояли деревянные дома священно- и церковнослужителей. Жалования они не получали, поэтому их содержание оценивалось как посредственное. Ближайшие храмы находились в Тургенево и Суходоле соответственно в 15 и 10 верстах. В Троицкой церкви хранились метрические книги (с 1782 года), исповедные росписи (с 1828 года) и многие другие документы, в том числе опись имущества, сделанная в 1829 году.

В церковной летописи перечисляются служители храма – священники, дьяконы, дьячки и пономари начиная с 1782 года. Перечислю только первых: Никита Тимофеев и Алексей Макаров (по 1792 год), Никита Тимофеев (по 1796 год), Иван Васильев (с 1796 по 1798), Евграф Петров и Алексей Тимофеев (с 1798 по 1812), Евграф Петров и Матвей Васильев (с 1812 по 1827), Стефан Соколов и Матвей Васильев (с 1827 по соответственно 1850 и 1851), Дмитрий Цареградский (с 1850) и Константин Любимов (с 1851 до 1859), Георгий Третьяков (1859 – 1860), Яков Тереинский (1860 – 1861), Пётр Листов.

Среди благообразных и достойных православных пастырей встречались и неординарные, мягко выражаясь, лица. Одним из таких являлся священник на должности дьячка Герасим Славницкий, служивший в Троицкой церкви с 1846 по 1849 годы. В 1835 году его оштрафовали на 25 рублей за венчание малолетних брачующихся, в 1844 и вовсе сослали в Свияжский монастырь за нетрезвую жизнь. Штрафовался он за этот грех и другие проступки и позже.

Время неумолимо шло, и перед всё более и более разраставшимся селом, население которого в начале XX века перевалило за 5 тысяч, встала дилемма – надо было или расширять прежний храм, или строить новый каменный. В Центральном государственном архиве Самарской области сохранилось 2 дела за 1900 – 1902 и 1904 – 1905 годы, которые довольно-таки подробно рассказывают о том, как непросто шёл этот процесс.

ˆ««. 13

Некоторые прихожане, жившие рядом со старым храмом, выступили против возведения нового.

Еще по теме:

Первый рапорт благочинного 4-го округа священника Николая Олерского был направлен в Самарскую духовную консисторию в июне 1900 года. В нём сообщалось, что прихожане пригорода Белый Яр на последнем сходе положительно решили вопрос о строительстве второго, каменного храма. Следующий рапорт священник написал 11 мая 1901 года. По его словам, после июньского схода в 1900 года состоялось ещё 4 сельских и 1 приходской сходов, на которых обсуждался вопрос об изыскании средств на сооружение церкви. Некоторые прихожане, жившие рядом со старым храмом, выступили против возведения нового. Немало было прений и по поводу источников денег. В итоге из-за усиленного сбора недоимок в прошлом году сельчане решили отложить дело о постройке на 1 год.

Образовались две группы сельчан, первая из которых выступала за расширение старого храма, а вторая – за возведение новой.

Еще по теме:

Состоявшееся в апреле 1902 года общее собрание белоярцев (427 из 624 имевших право голоса, то есть 68 %) с присутствием сельского старосты Мордвинова и отца Григорьева постановило: уже существовавшую церковь разнести в ширину, на что предполагалось выделить 1 тысячу рублей. Причём священник здесь озвучил два варианта: расширение старого храма и постройка нового.

Однако из последовавших затем событий стало ясно, что далеко не все местные жители были с ним согласны. 30 мая этого же года 115 крестьян Белого Яра написали прошение Самарскому и Ставропольскому епископу, в котором они указывали: «Священнику села нашего о. Григорьеву вздумалось разширить церковь нашу. Дело это он оформил законным порядком. При решении вопроса, предложенного им на сельском сходе о разширении, половина, а быть может и более, бывшего на сходе народа, были не согласны. Одним словом, кричали, кто согласен, а кто нет. При таком беспорядке по настоянию о. Григорьева написан приговор, чтобы разширить церковь». Образовались две группы сельчан, первая из которых выступала за расширение старого храма, а вторая – за возведение новой.

Белый Яр являлся двухприходским поселением с двумя священниками (старший и подчинённый ему), распри между которыми, говоря сегодняшними словами, приводили к текучке кадров.

Еще по теме:

Сторонники второй группы приводили в доказательство своей правоты следующие аргументы: 1) старой церкви угрожала опасность от Волги, находившейся на расстоянии всего лишь около 200 м от неё; причем берег ежегодно отступает примерно на 2 метра и даже больше; 2) на расширение потребуется около 20 тысяч рублей, а перестройка новой каменной ограды вызовет ещё большее удорожание; строительные работы приведут к бессмысленному разорению сельчан, испытавших в прошлом году неурожай и наполовину живших на продовольственную ссуду; 3) Белый Яр являлся двухприходским поселением с двумя священниками (старший и подчинённый ему), распри между которыми, говоря сегодняшними словами, приводили к текучке кадров; 4) нет никаких гарантий того, что при сломе стен церковь останется неповреждённой (это возможно при проекте холодного здания); 5) в 1900 году вопрос о сооружении храма был решён, но отложен на некоторое время из-за неурожая хлебов и постройки нового волостного правления. Поэтому эта группа крестьян считала, что нужно ориентироваться на возведение новой церкви, для чего надо постепенно накопить 30-40 тысяч рублей. Также они докладывали епископу о том, что отец Григорьев приходил на сходки без приглашения, распоряжался властно и самостоятельно, и самое главное – под разными предлогами отклонял сооружение нового храма, сказав напоследок: «О постройке новой церкви не может быть и речи».

Дело приняло сложный оборот, и в него вмешалось губернское духовенство. В результате местный благочинный попросил земского начальника собрать полный сельский сход в Белом Яре для дознания, насколько основательны приведённые в прошении 115 крестьян доводы в пользу новой церкви, и что же делать дальше. 14 июля состоялось это собрание с участием земского начальника Ивана Владимировича Черноруцкого. И вот что выяснилось (со слов благочинного): «Сказанное в прошении о священнике Григорьеве, будто он очень настаивал на расширении существующего храма, несправедливо. На бывшем 4 апреля сего года сходе, о котором говорится в прошении, священник… настаивал лишь на том, чтобы прихожане пришли наконец к какому-либо окончательному решению… и положили начало делу, которое несколько лет только всё трактуется; и сход единогласно (и это было действительно, а не выражено только в приговоре) решил вопрос в пользу расширения храма.

Нешуточные страсти, потребовавшие вмешательства представителей местных властей и высшего духовенства, разгорелись в Белом Яре в то время!

Еще по теме:

Протест, выразившийся в подаче вышеозначенного прошения, заявлен был не на этом сходе, а много времени спустя, именно когда священник Григорьев объявлял прихожанам резолюцию его преосвященства… Гурия (епископ Самарский и Ставропольский – Е.А. Б.), последовавшую на рапорт его, Григорьева, коим он доносил о последнем решении прихожан пр. Белого Яра, а резолюцией сего требовалось представить проект расширения храма. Протест этот заявил человек, известный своим всегдашним противничеством по отношению к духовенству, некто Меркул Попов; зная о нём, священник Григорьев и заметил на его протест, что ему, Попову, нужен не новый храм, а только то, чтобы отдалить начало дела, что действительно усматривается даже из прошения, где составивший его… Попов выразил, что надо покопить деньги исподволь. Вот после сего Попов и стал приводить к себе на дом крестьян и склонять их к протесту, записал 115 человек…

Доводы, приведённые в прошении… должны быть признаны – и по отзыву прихожан и знающих людей, и по моему личному мнению, вполне неосновательными. Скорее бы следовало бы за построение нового храма тот довод, что в приг. Белом Яре новые места жительства, требующиеся вследствие увеличения населения и разделов, отводятся именно в том конце, в котором предполагалось строить новый храм, так что через несколько лет конечные дома будут отстоять от существующего храма на 2-3 версты. …я на сходе 14 июля долго убеждал прихожан… склониться всем на постройку нового и решить это окончательно и бесповоротно, но не имел успеха.

Большинство бывших на сходе (400 человек – Е.А. Б.) стояли за расширение существующего; желающих же построения нового было и меньше в два раза и не энергично отстаивали они своё желание, так что противная им сторона прямо заявляла, что им верить не нужно…».

Вот такие нешуточные страсти, потребовавшие вмешательства представителей местных властей и высшего духовенства, разгорелись в Белом Яре в то время!

Из прошения причта и церковного старосты Троицкого храма становятся понятными причины, препятствовавшие возведению новой церкви: 1) в этом заинтересована только одна половина прихода, которая будет ей пользоваться в будущем; 2) на сооружение нового здания уйдёт много денег, а неурожайные годы истощили средства прихода; 3) в случае постройки храма придётся переносить причтовые дома, что повлечёт новые расходы; 4) при работе второй церкви общество будет нести двойное бремя по содержанию обоих культовых зданий (новые колокола, ризница, караул и отопление); 5) вследствие возведения храма произойдёт разделение села на 2 половины, но при этом новым зданием будет пользоваться только конец одной половины, то есть 4-я часть прихода; 6) выбор места связан с большими трудностями, так как для образования церковной площади придётся снести 10 домов. Нельзя не признать расчётливость белоярцев, детально подсчитавших все возможные риски.

Исходя из сложившихся условий, в октябре 1902 года Самарская духовная консистория постановила прекратить делопроизводство о построении нового храма в Белом Яре и сдать документы в архив, а к делу о расширении церкви потребовать проект.

ˆ««. 14

Но на этом дело не закончилось. В марте 1903 года в Самарскую духовную консисторию поступило прошение от крестьянина села Анненково Карсунского уезда Симбирской губернии Андреяна Калугина, в котором он жаловался на священника Фёдора Григорьева, так как, по словам истца, он заключил с ним словесный договор на подготовку кирпича для белоярского храма по 5 рублей 50 копеек за тысячу, но в конечном счёте подряд на эту работу был отдан другому лицу, отчего Калугин потерпел убыток как минимум в 25 рублей (за поездки в Белый Яр). Естественно, жалобу переправили ответчику, который в апреле отправил в консисторию рапорт. В нём он указывал, что окончательных переговоров с Калугиным не было, последний нанимал рабочих не для белоярского подряда, а в с. Курумычи и в г. Казань, а также поздно явился, из-за чего сделка так и не состоялась. Увы, резолюция епископа в деле отсутствует, поэтому финала этой тяжбы мы не знаем.

Идея сооружения нового культового здания получила продолжение в 1904 году, и наконец-то стала воплощаться.

Еще по теме:

Идея сооружения нового культового здания получила продолжение в 1904 году, и наконец-то стала воплощаться. 1 апреля этого года благочинный Александр Сунгуров отправил епископу Гурию рапорт, из которого следует, что в 1903 году для будущего храма было заготовлено 160 тысяч штук кирпича, а в 1904 строительная комиссия постановила сделать 250 тысяч, на что имелись и средства, и дрова для обжига. Однако на тот момент место для его строительства ещё не отвели.

Весь год продолжалась активная подготовительная работа. 30 ноября 1904 года благочинный докладывал, что во исполнение указа консистории от 21 апреля имеются следующие документы: 1) приговор крестьян Белого Яра от 23 мая, где указаны средства на возведение храма, намечено место и названо его имя; 2) приговор того же общества от 15 августа об окончательном решении вопроса о месте; 3) подписка о слушании приговора от тех хозяев, усадьбы которых поступают под церковную площадь; 4) акт об осмотре места под храм.

В тексте приговора сельского схода в присутствии старосты Николая Леманова от 23 мая есть список хозяев, чьи постройки находились на территории будущей церкви: Фёдор Самойлов, Никифор Устимочев, Василий Антипов и другие (всего 11 человек). Кроме того, решили собрать в текущем году 691 рубль, а храм назвать в честь Смоленской Божией Матери. На собрании было 432 белоярца из 608 имеющих право голоса (71 %).

Три крестьянина Белого Яра выразили несогласие с постройкой церкви и не пожелали сносить свои строения.

Еще по теме:

Расчистку территории под новую церковь существенно облегчил пожар, случившийся 27 июля (л. 9). Хотя бы приблизительное описание расположения площадки есть только в одном источнике: «1) площадь находится в центре селения – к ней примыкают все главные улицы; 2) по уровню местности является более возвышенной и потому будет вполне приличной под постройку храма; 3) размером 100Х80 кв. сажень (3,6 га), причём сельские постройки будут отстоять от храма не менее двадцати сажень (около 43 м – Е.А. Б.)».

Казалось бы, дела шли неплохо, но в феврале 1905 года возникла проблема с отводом земли. Три крестьянина Белого Яра выразили несогласие с постройкой церкви и не пожелали сносить свои строения. Впрочем, они обещали дать согласие в случае выплаты им обществом компенсации в размере 60 рублей каждому. Эта проблема была решена в марте.

Проявилась ещё одна проблема: некомпетентность и безынициативность председателя строительной комиссии Перфилова.

Еще по теме:

6 февраля сельский сход в присутствии старосты Кокорина наконец-то принял важное постановление: начать весной 1905 года сооружение нового храма. Но реально оно началось только 20 июля, а к 12 октября прекращено. К этому времени были выведены из земли наружу стены, положено 5 рядов кирпичей в цоколе, причём стены плотно покрыли тёсом. Вероятно, часто не хватало средств, а к осени 1907 года проявилась ещё одна проблема: некомпетентность и безынициативность председателя строительной комиссии Перфилова, совершенно не наблюдавшего за ходом возведения церкви. 23 сентября сельский сход выбрал другого председателя – Матвея Прокофьева Елисеева.

В январе 1909 года на общем собрании избрали нового казначея – Петра Ермолаева Колбехина, а также трёх попечителей – Сергея Иванова Долбилина, Ивана Ксенофонтова Воронина и Никифора Яковлева Малова. Стоит отметить, что сооружение церкви шло тяжело. Об этом свидетельствуют смены председателей и членов строительной комиссии. Так, 7 апреля 1911 года «за нерадение» вместо прежнего председателя и некоторых членов комиссии избрали новых – Григория Якимова Керенцева и других. Последняя смена председателя произошла (судя по делу) в мае 1913 года – вместо Василия Васильева Гордеева им стал Василий Алексеев Макаров.

14 января 1911 года благочинный сообщал, что каменная кладка нового храма доведена до половины окон. Конечно, темпы строительства, начатого в 1905 году, и к этому времени продолжавшегося уже 5,5 лет, были явно невысокими.

Большой интерес представляют сведения 1911 года о выполнении подряда о постройке церкви. Подрядчиком являлся Пётр Григорьевич Отопков, проживавший в г. Чистополе. Нотариальный договор между ним и белоярцами был заключён 9 июня 1905 года в г. Сенгилей. Также отмечалось, что кладка храма производилась через один год, а в 1911 году освоено 1743 рубля.

Простоял храм недолго, так как предположительно в 1950 – 1960-е годы его разрушили. Все труды белоярцев на протяжении как минимум 10 лет (1905 – 1915 годы) пошли прахом…

Еще по теме:

Последние документы архивного дела датированы маем 1913 года, и как складывалась ситуация с возведением нового храма дальше – нам неизвестно. Но на фотографии Белого Яра 1940 – 1950-х годов недалеко от высокого обрывистого берега видна каменная церковь. Учитывая тот факт, что все остальные, старые, находились в нижней части села, затопленной в 1956 году Куйбышевским водохранилищем, можно смело сказать – она была всё же построена. Однако простоял храм недолго, так как предположительно в 1950 – 1960-е годы его разрушили. Все труды белоярцев на протяжении как минимум 10 лет (1905 – 1915 годы) пошли прахом…

ˆ««. 21

Как видно из церковной ведомости 1910 года, у служителей каменной Троицкой церкви были деревянные дома, возведённые в разное время, но они требовали неотложного ремонта. Также причту принадлежали пахотные и сенокосные земли в немалом количестве – более 95 га. Но первая находилась при общественных выгонах, из-за чего урожай вследствие потравы скотиной бывал ниже среднего.

В церковной библиотеке находилось 170 томов книг, предназначенных для чтения. В приходе действовали 2 школы: 1) церковно-приходская, одноклассная, смешанная, открытая в 1891 году; заведующим и законоучителем в ней состоял второй белоярский священник Александр Альбанов, учителем – Пётр Михайлов Ильин; 2) земско-общественная, тоже одноклассная и смешанная. Старостой при храме с 1908 года являлся крестьянин Павел Иванов Малов.

Священником 1-го штата был Владимир Николаев Богородицкий, в 1899 – 1900 годах служивший в Кондаковке, а с 1903 года – в Белом Яре. Кроме того, в Кондаковке он проходил должность учителя церковной школы, а в 1905 – 1907 годах состоял членом благочиннического Совета. В 1903 году В.Н. Богородицкий награждался епархиальным Учёным Советом премией в 30 рублей за «успешное преподавание Закона Божия в церковной школе», в 1904 году получил архипастырское благословение в грамоте, а в 1908 году награждён набедренником за ревностную службу.

Священником 2-го штата с 1906 года являлся Александр Иванов Альбанов (Л. 10). Должность диакона на вакансии псаломщика с апреля 1910 года исполнял Фёдор Тимофеев Ширманов, до этого в 1905 – 1910 годах работавший псаломщиком в Кондаковке. На протяжении 11 лет он преподавал в церковно-приходской школе (1899 – 1910).

6 февраля 1930 года Сенгилеевский райотдел ОГПУ начал и 14 марта этого же года закончил дело № П-5184 «Об антисоветской группе в с. Белый Яр Сенгилеевского района».

Еще по теме:

Псаломщиком с 1908 года был Николай Илларионов Туарменский, уроженец Белого Яра и окончивший курс в местной земско-общественной школе.

От советского периода истории осталось, мягко выражаясь, немного сведений о религиозной жизни Белого Яра. В основном это было время гонений и нападок на православную церковь, особенно 1930-е годы. 6 февраля 1930 года Сенгилеевский райотдел ОГПУ начал и 14 марта этого же года закончил дело № П-5184 «Об антисоветской группе в с. Белый Яр Сенгилеевского района». По делу осудили и приговорили к лишению свободы 12 человек, в том числе протоиерея Александра Александровича Меньшова (настоятель Троицкого храма с ноября 1929 по 25 января 1930) на 5 лет, диакона Николая Илларионовича Туарминского на 10 лет (мы знаем его по церковной ведомости 1910 года), и церковного старосту Николая Тимофеевича Кудряшева (уроженец Андреевки) на 5 лет. Все они реабилитированы в 1989 году Ульяновской областной прокуратурой.

Несмотря на длительное заключение в одиночной камере, Пётр отказался снять с себя должность местоблюстителя и стать осведомителем НКВД, хотя взамен ему обещали жизнь и свободу.

Еще по теме:

Несмотря на жёсткие репрессивные акции, в Белом Яре оставались весьма сильные православные традиции. Так, в декабре 1930 года в Сенгилеевский районный административный отдел поступило заявление группы граждан села: «Для совместного удовлетворения религиозных потребностей мы, граждане в числе… (неразборчиво – Е.А. Б.), принадлежащие к староцерковной ориентации, признающей митрополита Петра и его заместителя митр. Сергия и епископа Митрофана, решили образовать религиозное общество. Район деятельности объединения будет распространяться на с. Белый Яр и пос. Вислая Дубрава. …просим зарегистрировать религиозное общество под названием «религиозное общество при церкви с. Белого Яра». Документ подписали Прасковья Боровкова, Дмитрий Окутин, Наталья Капустина и Анна Дикова. К сожалению, реакцию властей мы не знаем, хотя можно смело предположить, что она была отрицательной. Хочется кратко рассказать об упоминаемом в заявлении белоярцев митрополите Петре Крутицком (Полянском). Он являлся местоблюстителем патриаршего престола с 1925 до 1936 года. Несмотря на длительное заключение в одиночной камере, Пётр отказался снять с себя должность местоблюстителя и стать осведомителем НКВД, хотя взамен ему обещали жизнь и свободу. 10 октября 1937 года его расстреляли в Челябинской области. Даже исходя из этих нескольких строк становится понятным, какую опасность навлекали на себя простые белоярцы, проявившие солидарность с опальным митрополитом.

Между тем деятельность верующих в Белом Яре продолжалась, о чём свидетельствует протокол заседания сельского церковного совета от 7 марта 1933 года: «Слушали: предложение священника Кучинского о сдаче Рику (районному исполкому – Е.А. Б.) колоколов местной церкви.

Постановили: сдать колокола в количестве 5 шт. малых, ходатайствуя перед Риком об оставлении большого колокола при церкви для несчастных случаев, т.к. маленький колокол не может обслужить такое большое село». Документ подписали председатель совета священник Владимир Кучинский и его члены С. Куликов, неграмотные С.А. Стреколин, А. Сучков и другие.
К сожалению, из текстов многих документов нельзя сделать однозначный вывод, о какой же церкви в них говорится – о Троицкой или Смоленской.

На общем сходе из 1546 избирателей 1326 (85,8 %) проголосовало за закрытие храма.

Еще по теме:

11 февраля 1938 года на заседании комиссии по культам при президиуме Куйбышевского облисполкома было рассмотрено ходатайство граждан Белого Яра Николо-Черемшанского района о закрытии Троицкой церкви. В нём говорилось о том, что она бездействовала с 1935 года, а на общем сходе из 1546 избирателей 1326 (85,8 %) проголосовало за закрытие храма. Его предполагалось переоборудовать под дом культуры, на что райисполком выделил 2000 рублей. Конечно, власти утвердили просьбу жителей села (постановление президиума Куйбышевского облисполкома № 14/1 от 15 марта 1938 года).

Из церковного кирпича в конце 1950-х гг. была частично выложена дорога около села. Сейчас она находится слева от шоссе, если ехать из Чердаклов в Старый Белый Яр.

Еще по теме:

Больше документов о белоярских храмах и верующих обнаружить пока не удалось. Поэтому нам остаётся лишь гадать, что же было дальше. Что касается Троицкой церкви, то если она даже и сохранилась до середины 1950-х годов, то всё равно перед затоплением её разрушили. А Смоленский храм, как я уже писал, скорее всего уничтожили позже, в 1950 – 1960-е годы.

По словам учителя русского языка и литературы Старобелоярской средней школы В.А. Пеговой, из церковного кирпича в конце 1950-х гг. была частично выложена дорога около села. Сейчас она находится слева от шоссе, если ехать из Чердаклов в Старый Белый Яр (рядом с селом, это место сейчас активно зарастает лесом, поэтому найти его трудно).

Закрывали её для верующих в 30-х годах и превратили в склад под зерно. …Никто из тогдашних начальников не подумал о том, что обычный склад и есть самое красивое строение по всей округе.

Еще по теме:

ˆ««. 18

Немногословные, но любопытные воспоминания, относящиеся примерно к 1940-м годам, оставил нам о Смоленском храме В.М. Сучков: «Возвышалась церковь над селом, видно её было не только с любой улицы, но даже с Жигулёвских гор, с такой высоты могли люди её узнать. Закрывали её для верующих в 30-х годах и превратили в склад под зерно. …Никто из тогдашних начальников не подумал о том, что обычный склад и есть самое красивое строение по всей округе. …А мы тогда мальчишками отлично карабкались по полуразрушенной лестнице на церковный чердак, под самый купол, ловить голубей. …Крыша была крытая железом и покрашена, так что, когда мы бегали по этой крыше, то грохот стоял на всю округу. Взрослые ругали нас за это, особенно старые люди».

В настоящее время историческая справедливость частично восстановлена усилиями меценатов и местных жителей. Около санатория «Белый Яр» на средства генерал-лейтенанта МВД в отставке и нынешнего бизнесмена Андрея Фёдоровича Дунаева построена деревянная Троицкая (Троицы Живоначальной) церковь, освящённая 10 июня 2012 года, а недалеко от Смоленского храма, рядом со школой – часовня Святого Духа.

P.S. Священнослужители принимали самое активное участие в преподавании в учебных заведениях Белого Яра. Поэтому приведу краткие сведения о них, тем более они этого заслуживают.

Женское училище было открыто удельным ведомством 1 сентября 1852 года, оно размещалось в квартире второго священника Петра Листова, который и обучал девочек грамоте. В 1864 году занятия прекратились.

Мужское училище открыли 15 сентября 1860 года по распоряжению удельного ведомства. Оно располагалось около Троицкой церкви в собственном доме, построенном на средства сельчан.

Начиная с 1879 года данное учебное заведение в пригороде Белый Яр значилось как «приходское училище» и размещалось в тесной церковной караулке. С 1884 года в селе действовало земско-общественное училище второго разряда (с 1887 – первого разряда). Оно находилось в отдельном помещении, являвшемся земской собственностью. В 1891 году в Белом Яре в сторожке была открыта церковная школа грамоты (в 1894 на средства жителей построено собственное здание), а в 1898 её преобразовали в смешанную одноклассную церковно-приходскую школу (в 1904 возвели новое здание).

Евгений Бурдин

Читать дальше:

Оцените новость:
  • (11 голосов, средний: 4.18 из 5)
    Загрузка ... Загрузка ...