Яндекс.Метрика

Затерянное в тальнике: село Ботьма

01 мая 2015 История Dinika

В переводе с мордовского языка это «место, поросшее тальником» или по другой версии «далёкое место в лесу, глушь». И в самом деле, одно из немногих поселений мордвы, в прошлом удельных крестьян, не знавших крепостной зависимости, сейчас представляется нам далёким и загадочным. Подавляющая часть жителей даже современного Чердаклинского района Ульяновской области, где село находилось до затопления Куйбышевским водохранилищем, ничего не знают о нём.

”®â® 1. Ž19-37, “ŠŒ 12525,40 

О Ботьме (до революции иногда писали «Батьма») нет даже небольшой статьи в региональной энциклопедии. А ведь это было большое село, с красивой каменной церковью. Конечно, оно не отличалось такой богатой историей, как соседнее Архангельское, и всё же оно забыто незаслуженно. Слово «Потьма» («Ботьма», «Батьма») нередко встречается в названиях населённых пунктов и рек Поволжья, в том числе Ульяновской области (Потьма – село и река в Карсунском районе, Ботьма – река в Старомайнском и Чердаклинском районах, ныне затоплена водохранилищем) и Республики Мордовия. Известно, что топонимы и гидронимы часто имеют глубокие исторические корни, а финно-угорский этнос является одним из коренных на данной территории.

По карте 1940 года около села протекала река Ботьма, по которой, видимо, оно и было названо (кстати, первое упоминание о ней – 1630-е годы, я нашёл у Адама Олеария. Поэтому перевод «место, поросшее тальником» наиболее близок к реальности, поскольку именно вдоль берегов небольших рек в изобилии рос тальник – небольшая кустарниковая ива, любящая воду.

Еще по теме:

На карте видно, что к югу от Ботьмы находилась обширная терраса с болотами, в низинах покрытых кустарником. С севера к селу примыкало озеро с таким же названием. В 4,5 км к югу от него рос широколиственный лес. Поэтому ясно, что в окрестностях Ботьмы хватало тальника (кустарника), да и лес был не так далеко (близлежащий лес скорее всего вырубили за время существования села – на карте 1780 года лес примыкает с юга прямо к нему). Так что обе версии происхождения названия поселения вполне оправданы.

Когда же появилась деревня Ботьма? Увы, доступные источники пока не дают ответа на этот вопрос. Одним из немногих документов, в котором есть хотя бы какая-то информация – это свод Е.И. Чернышёва «Селения Казанского ханства по писцовым книгам». Читаем в ней: «Очень крупное владение со второй половины XVI века имели Яков и Федор Асановы по реке Уреню – Атабаевский луг с деревнями Ботьма и Старая Майна. Яков Васильевич Асанов получил на это владение грамоту 7105 (1597 г.), по которой он унаследовал от отца своего, служилого татарина, бортный ухожей, бобровые гоны и рыбные ловли за Камой рекой по Ногайской стороне, ниже Тетюш, и по Майне реке». Здесь главный вопрос – то ли самое это поселение, о котором я пишу? Пока ответа на него нет.

Большой интерес представляют сведения начальника Куйбышевской археологической экспедиции (КАЭ, она вела изыскания в зоне затопления) А.П. Смирнова. Хронологически исследования КАЭ ограничивались концом XVI – началом XVII века, когда возникали русские деревни. А.П. Смирнов указывал, что в Ульяновской области «К их числу надо отнести селище близ д. Палицина и между Б. Палициным и Сосновкой, продолжавшее существовать и позднее, в XVIII – XIX вв. Такие же селища открыты близ Архангельского, Ботьмы и Головкина». Однако эта информация тоже не даёт точного ответа на вопрос о времени основания поселения, к тому же её сейчас нельзя уточнить и дополнить. По словам того же А.П. Смирнова, в X – XIII веках близ Ботьмы находилось земледельческое селище типа небольшой заимки.

На одной из самых ранних карт – карте Симбирского наместничества 1780 года между Репьёвкой (Архангельским) и Головкиным показана деревня Ботма. Но в Российском атласе 1745 года в интересующем меня районе указано только два села – Репьёвка (Архангельское) и Сосновка. Конечно, полной уверенности в том, что хотя бы мелкого селения не было уже в то время, нет.

Очевидно, что Ботьма как мордовское село, в котором проживали дворцовые, а затем удельные крестьяне, составляла особый мир и резко отличалась от соседних русских помещичьих поселений.

Еще по теме:

Очевидно, что Ботьма как мордовское село, в котором проживали дворцовые, а затем удельные крестьяне, составляла особый мир и резко отличалась от соседних русских помещичьих поселений. Об этом писал и Д.И. Алексеев: «Только в двух ближайших населённых пунктах говорят иначе (по сравнению с Архангельским, Сосновкой, Юрманкой, Ерзовкой, Петровкой, Юрьевкой, Головкиным, Кремёнками и др. – Е.Б.): в Алексеевке (южнорусский говор) и Ботьме (мордовское село)».

Сильно осложняет изучение истории села маленькое количество архивных источников. Все сведения по дореволюционному периоду Ботьмы хранятся в Центральном государственном архиве Самарской области (ЦГАСО). Это всего лишь 8 дел, в которых есть хоть какая-то информация. Из них в 5 малозначительные материалы – по делу об утверждении в правах наследства крестьянина д. Ботьма Прокофьева, переписка с мировым посредником о выселении крестьянина Рязанова, о страховании недвижимого имущества Е.П. Виатковской и т.д. В Государственном архиве Ульяновской области (ГАУО) Ботьма кратко упоминается в архивных делах, касающихся процесса переселения из зоны затопления Куйбышевской ГЭС, а более подробно – лишь в одном деле 1941 года. Будем надеяться, что в будущем удастся найти новые важные источники, которые прольют свет на историю села, покрытую мраком забвения.

В 1914 году Ботьма входила в Архангельскую волость Ставропольского уезда Самарской губернии. По карте 1940 года она находилась в 23 км к северо-востоку от Ульяновска, самыми близкими поселениями были деревня Ерзовка (1,1 км) и село Архангельское (4 км). Подробное описание изменений в административно-территориальном делении этого района есть в статье об Архангельском, поэтому здесь я не буду говорить о нём.

”®â® 2.à §«¨¢ ®âì¬ë188 (¨§ ¬ã§¥ï, ˆ«ì¨­)

Самые ранние сведения о количестве населения Ботьмы относятся к 1859 году, когда в удельной деревне при реке Ботьме было 95 дворов и 681 житель. В 1889 году насчитывалось уже 190 дворов и 1325 жителей. Отмечу, что на расстоянии 1 км находилась деревня Ерзовка. В 1910 году в Ботьме было 222 дома, в которых числилось 1202 человека (примерно в 2 раза меньше соседнего Архангельского). Общее количество населения селений Архангельское, Ботьма и Юрманка в 1952 году составляло 1605 человек (996 дворов).

Гражданская война запомнилась так: «… одни солдаты пришли, потом другие, опять эти, затем ещё какие-то. Мы тогда и не понимали: белые, красные….»

Еще по теме:

Мне удалось найти единственного человека – жителя Ульяновска А.Н. Козлова, предки которого жили в Ботьме. Он рассказывал: «Моя бабушка (мамина мама) Мария Петровна родилась 20 марта 1902 года (старого стиля) в селе Ботьма. Родителей звали Пётр Павлович и Пелагея Денисовна Ферапонтовы. Пётр Павлович жил в достатке, у него всегда водились деньги. Был он жадноват. Его племянница – Матрёна Резонова вспоминала, как она с сестрой Марусей лазили в его сундучок смотреть ассигнации. В семье была ещё старшая сестра бабушки – Анна 1898 года рождения и младший брат Иван. Пелагея Денисовна умерла ещё до революции, и прадед женился во второй раз. Дети от первого брака «отошли на второй план». По рассказам Марии Петровны, перед революцией она ходила пешком в Иерусалим.

Гражданская война запомнилась так: «… одни солдаты пришли, потом другие, опять эти, затем ещё какие-то. Мы тогда и не понимали: белые, красные….». 5 января 1925 года  она вступила в брак с Буканиным Фёдором Сергеевичем. Судя по тому, что в книгах памяти жертв Великой Отечественной войны и политрепрессий эта фамилия в Ботьме не встречается, он был пришлым, вроде бы русским. Так как националы выдавали своих дочерей за представителей своей национальности можно вывести, что бабушка была не особо нужна своим родственникам (дочь от первого брака), а дед не являлся завидным женихом. Да и что делать было русскому человеку в мордовской деревне. В том же году  у них родился первенец Михаил. В 1938 году Буканины получили паспорта и устроились на патронный завод имени Володарского. Исходя из документов, они продолжали жить в селе. 24 августа 1940 года там родилась моя мама Клавдия Фёдоровна. Только после этого семья окончательно переехала жить на Верхнюю Часовню. Прадед с новой семьёй до конца жизни  жил в селе. Знаю, что родственниками нашими являются ещё Диковы. К сожалению ни фотографий,  ни адресов жителей села у меня не сохранилось.

Основная часть её жителей уехали в сёла Архангельское, Чердаклы, посёлок Ленинский (Рыбацкий, ныне в черте Заволжского района Ульяновска) и на новую площадку Верхняя Часовня, где люди некоторое время жили в землянках и полуземлянках (современная Нижняя Терраса в Ульяновске).

Еще по теме:

В первой половине 1950-х годов Ботьма оказалась в зоне затопления Куйбышевской ГЭС, и начался Великий исход. Основная часть её жителей уехали в сёла Архангельское, Чердаклы, посёлок Ленинский (Рыбацкий, ныне в черте Заволжского района Ульяновска) и на новую площадку Верхняя Часовня, где люди некоторое время жили в землянках и полуземлянках (современная Нижняя Терраса в Ульяновске).

Интересные воспоминания о местности в районе подлежащих эвакуации поселений, в том числе и Ботьмы, оставил А. Горбунов (начало 1950-х гг.): «…пришлось с рейкой и топором прошагать по заливным лугам (будущему дну Куйбышевского моря) от села Сосновки до села Головкино, в составе топографического отряда. Местность левобережья наносилась на карту, а с правой стороны Волги за лесом на крутом берегу Волги виднелось село Ундоры. Приходилось преодолевать множество озёр и стариц, непроходимые лесные заросли, пробираться там, где человек никогда, наверное, и не бывал. Это было необходимо, ведь на карту надо было занести весь рельеф донной местности будущего водохранилища. До сих пор остались в памяти красота и величие лесных озёр с экзотическими названиями: Саян, Кольчужное, Татарское, Песчаное и многих других. По всей территории лугов текли две небольшие, похожие на Свиягу речки Бикуль и Ботьма с чистейшей холодной водой. Что интересно, недалеко от посёлка Октябрьский эти две речки пересекались, продолжая своё течение в сторону Волги. Это место так и называлось – Кресты. До августа 1956 года все работы по подготовке русла (дна) будущего водохранилища проходили на моих глазах и остались в памяти. Уничтожался лес пойменных лугов. То, что не успевали вывозить, зарывали бульдозерами в глубоких канавах-старицах. Мелколесье и кустарники срезали под корень трактора-кусторезы, сгребали в кучи и сжигали. Кто-то радовался приходу большой воды, приходу электричества в дома крестьян (а это было, пожалуй, главным козырем), но основная масса жителей всех сёл без исключения горько сожалели о происходящем.

”®â® 6

В августе 2014 г. в ходе первой в истории Ульяновской области уникальной подводной экспедиции было проведено обследование акватории Куйбышевского водохранилища на месте затопленного села, но обнаружить остатки фундамента Никольской церкви не удалось. Зато в феврале 2015 года с помощью специального робота и видеокамеры мы сумели найти хорошо сохранившийся фундамент Ботьминского храма.

Дивный храм

Долгое время Ботьма, несмотря на значительные размеры и количество населения, оставалась деревней. И вот в 1907 году (приход открыт в 1910) тщанием прихожан была построена сразу каменная церковь на 500 человек, хотя обычно сначала сооружали деревянный храм, а уже потом, поднакопив необходимые немалые деньги или из-за ветхости и маленьких размеров старого (в обоих случаях необходимым условием являлось серьёзное увеличение численности и благосостояния местных жителей), возводили кирпичный. Ботьма стала селом, правда, всего лишь на полвека. Одна из наиболее вероятных причин того, что в ней так долго не было церкви – это то, что поселение никогда не было помещичьим, и поэтому сельчане могли рассчитывать только на свои силы и средства.

Ботьма стала селом, правда, всего лишь на полвека.

Еще по теме:

Новый храм имел один престол во имя Святого и Чудотворца Николая. В церковной ведомости отмечается бедность утвари. Однако в 1910 году прихожане построили для священно и церковнослужителей и сторожей и просфорни деревянные дома. Ближайшей являлась Михайло-Архангельская церковь в с. Архангельское, в 4 верстах.

В 1897 году в Ботьме была учреждена земская школа, а в Ерзовке 1901 году – церковно-приходская (эта деревня в 1914 году входила в новообразованный приход, в ней находилась часовня). С 1908 года должность церковного старосты исполнял крестьянин Сергей Митюгин.

Вероятно, первым священником Никольского храма стал 30-летний Димитрий Иванов Смирнов, получивший духовное образование на Камиссионерских курсах в Казани и в Симбирской духовной семинарии. Но это случилось в 1910 году, поэтому его приоритет всё же требует подтверждения, ведь церковь возвели в 1907.

Псаломщиком с 1910 года был Иван Силов Мидцев (35 лет), до этого 3 года служивший в соседнем Архангельском. Этот факт косвенно говорит о том, что служба в новом храме началась с 1910 года. Предположу: до 1910 года прихожане заканчивали в нём обустройство, в том числе приобретали минимальную утварь – иконы, богослужебные книги и т.д. Псаломщик-вдовец жил вместе с четырьмя детьми, отцом и тёщей, что нетипично для церковнослужителей того времени.

”®â® 3

Интересно узнать и предисторию храма. В ЦГАСО хранится дело «Об утверждении проекта на построение каменной церкви в д. Батьме, Ставропольского уезда» 1898 года. Его главная ценность – чертежи проекта будущего Никольского храма на 5 листах-кальках, а именно: фасад с запада и юга, продольный разрез, планы здания и места, разрез по А-В. На сегодняшний день это единственные дошедшие до нас его изображения. Впервые увидев их в архиве, я был поражён красотой и гармоничностью его архитектурных форм и декоративных элементов. В протоколе строительного отделения Самарского губернского правления № 414 от 6 ноября 1898 года указывалось, что проект составлен удовлетворительно, поэтому он утверждён и возвращается в Самарскую духовную консисторию. Церковь построили за 9 лет – для такого сооружения срок сравнительно небольшой.

С храмами Ботьмы и Архангельского связана одна странная и загадочная легенда, причём записанная сразу двумя исследователями – Д.И. Алексеевым и А.В. Киселёвым соответственно в 1940-е и 2000-е гг. со слов жителей второго села.

”®â® 4

Итак, вот что писал о ней Д.И. Алексеев: «Ботьма-то постарше нас наверное. Почему же они хлопотали (жители Ботьмы – Е.Б.) – говорили, церковь (в селе Архангельское – Е.Б.) на нашей земле стоит, её помещики у нас отбили, а она наша. Они спокон веку какие-то удивительные, мордва-то. А мы так и были в руках. Нашёлся такой ходок, хотели церковь нашу забрать. А не получилось, свою им пришлось строить» (дано в переводе на современный русский язык).

Теперь приведу запись А.В. Киселёва 2002 года: «Е. (Скоробогатова Е.А. – Е.Б.) – А вот церкву, нашу церкву-то: был Ботьминский барин – он богато жил, 3 километра от нас. И он навозил кирпича на церкву. Ну, там собрался народ. Раньше-то давали богаты. Счасто богаты-то, Саш, ничё не дадут. А тогда давали, на церкву. И он выписал, значит, это весь кирпич, перевозил. И наш барин в гости к нему приехал. 3 километра. Ну, они же дружили. Они сели в карты играть.
А. (А.В. Киселёв – Е.Б.) – Это Наумов приехал?
Е. – Наш, Наумов, барин. Ну и стали в карты играть они. Ну и тот, наш, обыграл его. А он говорит: «А! Рискну, – говорит, – кирпичами! Церковными, церковными-ти. Ну и всё у себя выберу». А хвать – наш выиграл. Кирпич-то. Он утром-то, послал старосту: «Давай сейчас всех, – тогда частны лошади-то были, – подводы» – и туда, и по горячим следам увёз всё. А у нас не было церкви-то».

Несмотря на то, что воспоминания записаны со слов разных людей и с разницей около 60 лет, они весьма похожи, и это говорит об устойчивости легенды. В то же время в ней содержится несколько колоссальных нестыковок.

Первая. Церковь в Архангельском была построена в середине XVIII в., а в Ботьме – в 1907 году, то есть примерно через 150 лет (жизнь 6 поколений людей). До этого она была деревней. Тогда как же архангельский помещик мог вывезти кирпич, если в XVIII в. (да и в XIX в., за исключением последних лет) в деревне Ботьма сооружать храм, тем более каменный, никто не собирался?

Вторая. В Ботьме, насколько известно по источникам, никогда не было владельцев-помещиков. Между тем во втором варианте (А.В. Киселёва) чётко говорится о том, что архангельский владелец выиграл церковные кирпичи в карты у ботьминского. Но о таком кощунстве – играть в карты на материалы, предназначенные для возведения православного храма, в российской истории неизвестно. В первом варианте смысл несколько иной: архангельский помещик отбил (?) храм у соседей (в виде кирпича?), и поэтому ботьминцы хотели забрать его для сооружения своей церкви.

Очевидно, что в легенде отразилось давнее соперничество жителей двух соседних сёл, спроецированное почему-то именно на храм. Пока этому факту нет никакого логического объяснения. Какое-то кривое зеркало. Но в этом-то и уникальность легенды – второй такой, хотя бы близкой по смыслу, я никогда не слышал.

Местное население посчитало, что железная телега не может двигаться иначе, как только бесовской силой.

Еще по теме:

В 1930-е в селе случилась история, связанная с Никольской церковью и её служителями. А.Н. Козлов сообщал: «Во время коллективизации дед одним из первых вступил в колхоз и стал трактористом. Местное население посчитало, что железная телега не может двигаться иначе, как только бесовской силой. Однажды группа местных жителей, явно без церковного благословения, решила сжечь трактор вместе с трактористом. Деду удалось вырваться, и он отделался ожогом (а трактор сгорел). По этому факту было возбуждено дело. В итоге на Соловки поехали два священника из местного храма и семь монахинь (см. книгу «Памяти жертв политрепрессий»). Судя по составу осуждённых, ни зачинщиков, ни исполнителей среди них не было. А если и были участники, то не главные».

В дополнение к сведениям А.Н. Козлова удалось выяснить, что в 1930-е годы ОГПУ-НКВД СССР завело три дела на православных служителей села: 1) №  П-938 «Об антисоветской деятельности группы монашек в с. Ботьма во главе со священником А.И. Ивановским» (начато 27 февраля и закончено 31 мая 1931 года); 2) № П-953 «По обвинению в антисоветской агитации священника с. Ботьма Чердаклинского р-на Аристовского Л.П. (начато 11 сентября и закончено 19 сентября 1931 года); 3) № П-6950 «О контрреволюционной деятельности, проводимой жителем с. Ботьма Чердаклинского района священником Григорием Райковским» (начато 6 декабря 1936 года и закончено 31 января 1937 года). В приговорах ничего не говорится об истории с поджогом трактора. Скорее всего, это разные дела.

По первому делу к заключению в концлагерь сроком на 3 года приговорили священника Александра Ивановича Ивановского, монахиню Анастасию (А.П. Фарафонтову), а к высылке в Северный край на 2 года – монахинь Анну (А.Т. Борисову) и Параскеву (П.М. Гогонину), а также послушницу Марию (М.А. Чикаеву). Все женщины являлись уроженками Ботьмы и приехали к родственникам после закрытия нескольких монастырей (три находились в Старомайнском подворье Раковского монастыря). А.И. Бельский в 1913 – 1921 годах служил псаломщиком в Сенгилее, а с января 1930 по февраль 1931 года – священником в Ботьме. Никто из перечисленных осуждённых в село не вернулся. В 1989 году они были реабилитированы Ульяновской областной прокуратурой.

«Я на бочке сижу, а под бочкой мышка. Скоро белые придут – коммунистам крышка»

Еще по теме:

Осуждённый по второму делу Леонид Петрович Аристовский служил священником в Ботьме с мая по сентябрь 1931 года. Во время пребывания под стражей в Чердаклинском отделе ОГПУ он спел соседу частушку: «Я на бочке сижу, а под бочкой мышка. Скоро белые придут – коммунистам крышка», о чём тот доложил руководству райотдела. Л.П. Аристовского выслали в Северный край на 3 года. В 1989 году его реабилитировала Ульяновская облпрокуратура.

По третьему делу был осуждён к 8 годам лишения свободы священник Григорий Иванович Райковский. С 1909 по 1912 годы он являлся диаконом, а с 1912 до декабря 1936 года – священником Никольской церкви. Реабилитирован в 1992 году Ульяновской облпрокуратурой. Как видно из материалов дела, он был наиболее убеждённым и последовательным критиком советской власти по сравнению с фигурантами предыдущих дел.

Единственное упоминание о Никольском храме в официальных документах из фонда Государственного архива Ульяновской области содержится в протоколе № 20 исполкома Чердаклинского района от 14 августа 1941 года (п. 10. О закрытии церкви в с. Ботьма):

«Заслушав сообщение зам. пред. исполкома Райсовета тов. Болтунова о закрытии церкви в селе Ботьма, Исполком Райсовета устанавливает, церковь в селе Ботьма за последние 5-6 лет разрушается, бывший церковный совет в данное время частично выбыл из пределов сельсовета и оставшие члены церковного совета категорически отказались от уплаты арендной планы и выдали подписку Рао (районный административный отдел – Е.Б.) с просьбой о передаче церкви в распоряжение сельсовета. Кроме этого 5 августа 41 г. на собрании граждан села Ботьма внесено решение о закрытии церкви.

Исполком Райсовета депутатов трудящихся РЕШАЕТ:
1. В связи с выше перечисленными фактами… церковь в селе Ботьма закрыть. Просить Исполком Облсовета утвердить данное решение.
Председатель Чердаклинского Исполкома Райсовета депутатов трудящихся Власов. Секретарь исполкома Райсовета депутатов трудящихся Тамаров.

По аналогии с Михайло-Архангельским храмом в селе Архангельское можно утверждать, что Никольскую церковь взорвали перед затоплением в 1955 году. А ведь ей было всего лишь 47 лет, и стоять бы храму ещё несколько веков…

6 памятных дат и уникальных фактов истории села

1) вторая половина XVI в. – предположительное время основания Ботьмы (эта гипотеза требует тщательной проверки);

2) село отличалось от соседних русских селений – по национальности (мордва) и социальному статусу (дворцовые, и потом удельные крестьяне);

3) главной архитектурной и духовной доминантой для жителей Ботьмы с 1907 года была каменная Никольская церковь, построенная в 1907 году; службы в ней начались с 1910 года; имела красивые и гармоничные архитектурные формы и декоративные элементы; закрыта в 1941 г., взорвана в 1955 г.; с храмом связана уникальная легенда;

4) в 1910 г. в селе были церковь, 2 школы – земская и церковно-приходская, 1 ветряная мельница;

5) в 1952 – 1955 гг. большая часть жителей Ботьмы переселилась из зоны затопления на новое возвышенное место, в новый хозяйственный центр – село Архангельское, а также в с. Дмитриево-Помряскино и п. Ленинский;

”®â® 5

6) в августе 2014 г. в ходе первой в истории Ульяновской области уникальной подводной экспедиции было проведено обследование акватории Куйбышевского водохранилища на месте затопленного села, но обнаружить остатки фундамента Никольской церкви не удалось; в феврале 2015 г. с помощью специального робота и видеокамеры члены историко-географической экспедиции сумели найти хорошо сохранившийся фундамент Ботьминского храма.

***

И в завершении хочу привести замечательное стихотворение ульяновского поэта Н.А. Полотнянко. Пусть оно будет своеобразным памятником селу Ботьма, о котором в художественной литературе (да и в научной тоже) не написано ничего.

Русский ковчег

В воде почившие деревья,
Церковный купол, ржавый крест –
Всё, что осталось от деревни,
Хозяйки прежних хлебных мест.

Живя в надежде и печали,
Она искала счастья брег.
Но к Арарату не  причалил
Её бревенчатый ковчег.

Он встал у берега Заволжья
На сотни лет.
И русский люд
Здесь жил, как мог, по воле божьей
И уповал на честный труд.

И в чём деревня согрешила,
Мы не узнаем никогда.
Но всё Поволжье затопила
Гнилая, с зеленью, вода.

Ушли под воду избы, пашни…
Ушла крестьянская страна
Слезой безмолвной в день вчерашний.
И омертвела тишина.

Евгений Бурдин

Читать дальше:

Оцените новость:
  • (15 голосов, средний: 4.73 из 5)
    Загрузка ... Загрузка ...