Кирилл Мартынов / Духовные скрепы в магазине комиксов: зачем нужны публичные лекции в Ульяновске

Меня попросили рассказать о том, зачем нужны проекты вроде ульяновского “Осмысления”. Зачем нам нужно собираться и делиться опытом? Зачем ездить друг другу в гости и устраивать публичные лекции и дискуссии? Начать ответ придется издалека, хотя, надеюсь, предыстория окажется нескучной.

osmisl

С точки зрения социолога, человеческая жизнь в современную эпоху свелась к простому маршруту из дома на работу и обратно. Дома мы отдыхаем и предоставлены сами себе, на работе тянем лямку и играем социальную роль, чтобы заработать денег, на которые можно снова отдыхать, «на жизнь». Некоторые ученые, самый известный из которых американский социолог Роберт Патнем, автор книги “Боулинг в одиночестве”, бьют в этой связи тревогу. Офис, автомобиль, дом в пригороде – вот к чему сводится социальная жизнь среднего американца в последние десятилетия, и россияне в этом смысле сильно не отстают. Мы в социальные взаимодействия за пределами транспорта и офиса вступаем в основном, когда нас соседи сверху начинают заливать. И в этом, пожалуй, можно усмотреть некоторый плюс многоквартирных домов.

Что плохого в том, что наша социальная жизнь свелась к работе? Работа ведь очень важна, тут никто не будет спорить. Есть, тем менее, две проблемы. Во-первых сама идея работы в современном смысле слова понятие очень новое. Три столетия назад большинство людей не “ходило на работу”, крестьяне обрабатывали поле рядом со своим домом, ремесленники открывали свои мастерские в собственных жилищах, наемный труд как состояние, характерное для большинства людей в обществе, появился только вместе с развитием капитализма. С одной стороны, это позволило нам стать более мобильными, выбирать самостоятельно свою карьеру, больше зарабатывать, но с другой – наши рабочие места нам не принадлежат. Нас могут уволить, сократить или оптимизировать, и в этом случае наше социальное существование обнуляется до поиска работы и походов на собеседования. Наша социальная жизнь вовсе не наша. В Европе эта проблема отчасти решается благодаря существованию сильных профсоюзов, которые никогда не оставляют работника без защиты. Но у нас профсоюзы являются скорее декоративной и, конечно, совершенно беспомощной структурой.

Во-вторых, люди, чья социальная жизнь свелась к работе, вообще очень уязвимы. Ими можно манипулировать как угодно, вести в отношении них любую политику. Например, можно взять и поднять квартплату в десять раз, а то ведь, сами понимаете, нашим нефтегазовым монополиям сейчас тяжело. Человек работающий выругается и продолжит тянуть лямку. Ему нечего противопоставить любым безобразиям, которые творятся что на местном уровне, что в масштабах страны. К проблеме политической беспомощности добавляются и другие, не менее важные. Откуда, например, общество будет брать новые идеи, если все, что мы видим – это две бетонные коробки, квартира и офис? Или вопрос мигрантов: как мы будем их ассимилировать и знакомить со своей культурой, если у нас в общественной жизни ничего не происходит? Люди приезжают в центральные регионы России и видят, что здесь никакой жизни нет – все выживают, держатся за место, а по праздникам устраивают банкет.

Человек по природе любопытен и запереть его в квартире не так-то просто. В книге Патнема, изданной в 1999 году, главным виновником бед американского общества был назван телевизор. Водруженный на почетное место в гостиной, он становится нашим собеседником, нашим развлечением, нашим обществом. Конечно, проблема в том, что телезритель абсолютно пассивен, ему предлагают картинку, которую он потребляет, и на этом все социальное взаимодействие заканчивается. Понятно, что сейчас в этой ситуации наметились некоторые изменения. Я не хочу сказать, что интернет спасет нас всех и станет ответом на все вопросы. Но ключевое отличие интернета от телевидения легко заметить: он позволяет людям объединять свои усилия, собираться вместе, делать общие проекты.

Об этом можно почитать неглупую книгу техноблогера Клэя Ширки – в России ее издали под названием “Включи мозги”, хотя на самом деле она называется “Когнитивный избыток” (“Cognitive Surplus”). Идея проста: там, где вчера человек тратил свой досуг на телевизор, сегодня он может потратить свободное время на что-то более полезное. Так рождаются проекты вроде Википедии, построенной на идее свободного творческого участия всех желающих. Собственно, в успех глобальной народной энциклопедии в первые годы ее существования почти никто не верил, но Википедия смогла изменить мир, став информационным стандартом и обогнав по объему информации и популярности все профессиональные словари и энциклопедии вроде “Британники”. Кроме Вики-проектов, существует еще целое множество новых форм социальности, которые меняют мир к лучшему, от веб-благотворительности до Kickstarter – сайта, где каждый желающий может поддержать деньгами интересный проект художника, автора видеоигры, режиссера или писателя. Эволюция медиа сыграла за нас, мы без особых усилий получили в наши руки интернет как огромный набор инструментов для социального взаимодействия.

Еще одним ответом на проблему, сформулированную Патнемом, стала концепция “третьего места” Рэя Ольденбурга. Третье место – не дом, не работа, промежуточная точка на карте, постепенно становящаяся все более важной. Место, где мы встречаемся с друзьями, проводим время, знакомимся с новыми людьми, в общем – то пространство, где собирается локальное сообщество, низовая и важнейшая часть социальной жизни. Третьим местом может быть кафе, книжный магазин, бар или салон красоты. В сериале “Теория большого взрыва” третьим местом выступал локальный магазин комиксов. В Ульяновске – “Кошкина пижама”. Да, за посиделками клуба любительской фотографии в “Кошкиной пижаме” стоит большой политический и социальный смысл. Когда мы говорим о России, о нашем единстве и величии, то вообще-то с точки зрения современной социальной науки, речь идет не об абстрактно-мифологических народе и партии, но о реальной сети локальных, взаимосвязанных сообществ. Собственно, местные сообщества и есть та социальная ткань, из которой делают себя здоровые страны. Если искать где-то “скрепы”, то это группы людей, готовых и заинтересованных действовать вместе, жить на одной земле и испытывать интерес друг к другу. У нас пока все это плохо развито: например, в Германии обычный человек может быть членом 30 разных формальных и неформальных объединений, у нас многие не входят ни в одно. Мафиозные сообщества коррупционеров и бандитов, как и вообще все, что происходит “под кровом”, за кулисами социальной жизни, не в счет. Сауна — не третье место.

Все это, интернет как социальный инструмент, и сообщества, созданные людьми без приказа начальства на базе третьих мест, сводится воедино в проектах вроде “Осмысления”. “Осмысление” – это место, в котором приятно провести вечер, это новые идеи и знакомства, в том числе деловые. Это и сообщество людей, для которых знания и свобода являются ценностями, заставляющими их действовать, общаться. Ульяновский проект начал работать не в вакууме. Поволжье и Урал сейчас стали самыми динамичными в культурном смысле регионами страны, где с каждым годом растет число гражданских и просветительских инициатив.

В Казани существует культурный центр “Смена”, располагающий прекрасной художественной галереей, независимым книжным магазином и лекционным залом. Центр делается волонтерами, без какой-либо помощи со стороны государства. В Перми с 2009 года работает частный книжный магазин “Пиотровский”, ставший одной из главных просветительских площадок города. Десять лет назад кто-то назвал бы все это «провинциальным», но сейчас язык не повернется. Благодаря горизонтальным связям и спасительному интернету Казань, Пермь уже делают проекты на хорошем европейским уровне, о котором, особенно по соотношению цены и качества, официальным губернаторским департаментам культуры остается только мечтать. В «Пиотровском», например, зимой пройдет очередная, уже третья, кажется, по счету международная философская школа, на которой будут обсуждаться самые актуальные в мире теории и темы. Это только те вещи, с которыми я сам знаком и в которых так или иначе задействован. С учетом “Осмысления” намечается федеральная сеть по борьбе с апатией и невежеством.

Так что короткий ответ на вопрос «зачем собираться и читать лекции» звучит так: чтобы спасти Россию как место, пригодное для жизни умных и образованных. Думаю, надо во всем этом участвовать, как вы считаете?

Кирилл Мартынов

Оцените новость:
  • (28 голосов, средний: 4.82 из 5)
    Загрузка ... Загрузка ...