Секты мимикрируют по моде

08 мая 2013 Колонка редактора Dinika

Нынешняя весна в Ульяновске сопровождается усилением активности разнообразного рода сект, которые в городе, по-видимому, находят благодатную почву для своей деятельности. На заборах опять появились призывные листовки, а на улицах активизировались мальчики и девочки с мечтательным взглядом, призывающие поговорить о смысле жизни. Экспансия сект возвращается? Или она никуда не девалась, просто сегодня опять проявились уже успевшие позабыться механизмы вербовки новых членов?


Расцвет сект в Ульяновске пришелся, как и во всей стране, на 90-е годы. В ситуации отсутствия ясных жизненных ориентиров люди искали в них простые ответы. Сделал своё дело и информационный бум, который явно поспособствовал появлению и расцвету многочисленных «нью-эйдж» сект наподобие «Анастасии».

Ульяновск, как традиционно депрессивный регион, дал сектам благодатную почву в виде растерянного и деморализованного населения. В итоге в некоторые годы по оценке экспертов Ульяновск входил в десятку городов с наибольшей активностью разнообразных сект.

В те времена сектам не приходилось сильно мимикрировать под что-либо иное. Достаточно было позитивного посыла в виде простого ответа на базовые экзистенциальные вопросы. Любая религия простых ответов не даёт, их получение – результат работы над собой. Секты, как кулинары из ТВ-шоу, творили здесь и сейчас, по простым рецептам. Хочешь узнать в чем смысл жизни? Добро пожаловать в секту, где тебе дают простой и ясный ответ. И неважно насколько он будет шизофреничен. Работало почти все – и неоязыческие рассуждения, и псевдо-научная космическая энергия, и псевдо-религиозные культы. Главное – дать готовый рецепт.

Исходя из этого строилась и нехитрая вербовка с использованием базовых психологических техник вовлечения через глубинный интерес. И это работало. Каждые выходные в любом ДК обязательно проходило очередное сборище всяческих «свидетелей», «гуру» и прочих «сознаний Кришны». Залы набивались полностью.

Даже только на основе расчета пропускной способности таких сборищ можно рассчитать, что в то время через собрания сект прошло не менее 50 000 ульяновцев. Многие из них пополнили ряды сектантов и продолжали пополнять даже тогда, когда у наших приволжских соседей сектанская активность в плане прямой вербовки на первый взгляд пошла на убыль. На смену ей приходили новые формы взаимодействия с «электоратом».

К нам эти формы пришли на несколько лет позже. Секты стали мимикрировать под разнообразные общества борьбы с наркоманией и алкоголизмом, политические партии и некоммерческие объединения и постарались максимально вписаться в общественный ландшафт. Старые методы с прямой вербовкой и с семинарами уже не работали – механизм «через решение проблем» стал более действенным, чем «через ответы на вопросы».

Но в последний год секты в Ульяновске опять стали возвращаться к старой стратегии. И это сильно настораживает.

Именно секты можно считать своеобразным барометром глубинного самоощущения общества. И сегодня возникает ощущение, что активничают они не просто так – в обществе опять появились глубинные вопросы без простых ответов. И эти уже не банальные вопросы о смысле жизни, а скорее вопрос «что делать?».

Нам удалось пообщаться с членом одной из самых известных сект, работающих в Ульяновске, Сергеем. И хотя получить информацию у буквально зазомбированного молодого человека оказалось непростой задачей, удалось понять, что идеология в последнее время трансформируется, причем настолько, что утрачиваются традиционные базовые признаки секты. На второй план уходят харизматические лидеры, глобальные эсхатологические ожидания сменяются вопросами личной эсхатологии, а методы воздействия изменяются от прямого зомбирования в сторону современных психотехник мягкого воздействия. Подобные механизмы активно используются сектами на западе, паразитируя на гражданском самосознании.

Людям внушается сопричастность к некоему базовому набору проблем, которые надо решать совместно и через эту сопричастность осуществляется программирование личности. Если свести все к банальным инстинктам, то можно сказать, что эксплуатируется инстинкт выживания. И это страшнее, чем паразитирование на страхе смерти и желании избавиться от этого страха, на котором «работали» те же секты в 90-х, давая простые ответы на вопросы о смысле жизни.

Теперь задействуется гораздо более сильный механизм – инстинкт выживания сильнее, чем поиски смысла жизни, и срабатывает наверняка. Секты снова почувствовали силу. Отсюда и повышенная активность, на первый взгляд похожая на ту, которую мы наблюдали в 90-е.

Но только не первый взгляд. Теперь на семинарах вам не говорят ради чего вы живете. Теперь на первый план выходит вопрос «как?». Через это «как?» вызывается чувство вины и дальше все идет по накатанной и отработанной технологии.

Живем мы все, конечно же, неправильно. На глобальные мировые проблемы плюем, о душе не думаем, активности в нужном направлении не проявляем – бедным не помогаем, мусор не собираем, власть не свергаем. И тем самым приближаем что-то наподобие огненной преисподней в различных ипостасях, причем ежесекундно. И нам банально не выжить без некоторой совместной работы.

Примерно такой посыл сегодня и используют в своей методике вербовки наиболее актуальные секты. И это гораздо более опасно, чем механизмы с задушевными бреднями про спасение с помощью тайного бога Истукана. Такого рода сектанские посылы вменяемые люди давно научились отличать. Есть и беспроигрышная мысль-защита, позволяющая с одного взгляда определить признаки секты: «спасение души – это труд, причем личный и тяжелый».

С новой технологией сложнее – грань здесь гораздо более размытая. Отличить нормальную гражданскую позицию от попытки вызвать чувство вины через сопричастность к глобальным мировым проблемам, которые грозят «смертью всему живому», зачастую весьма сложно. Банальный семинар про то, что запасы нефти заканчиваются, может быть как и сектанским сборищем с промыванием мозгов, так и научной дискуссией. С первого взгляда и не отличить.

Сектанты только этого и ждут, закидывая свой крючок. И на него клюют, судя по сильному увеличению активности сект.

Важно на этот крючок не попадаться. Речь не идет о том, чтобы с призрением отвергать любые ответы на глобальный вопрос «что делать?». Важно лишь понимать, что слово «что» должно всегда сопровождаться словами «как» и «зачем». Причем в правильной последовательности – сначала «зачем», потом «что», и лишь потом «как». Если это последовательность нарушается или одно из её звеньев игнорируется, то стоит быть внимательными. Вполне может быть, что вы имеете дело с мимикрировавшей сектой.

Оцените новость:
  • (6 голосов, средний: 3.67 из 5)
    Загрузка ... Загрузка ...